Она хлопнула в ладоши резко — двери распахнулись, стражи ворвались: "Сани готовь! В лес — к поляне богов!"
Элара кивнула молча, чуя Рейн в тенях дворца — хаос Марты сплетался ближе, круг месяцев шептал: "Королева в круге — ее испытание". Сани ждали во дворе, метель стихала, ночь звала к поляне.
Глава 41
Зима сдавила лес стальным кольцом метели, но поляна братьев-месяцев сияла в ночи, словно прожиленный лунным светом алтарь: снег на поляне растаял в идеальный круг диаметром в двадцать шагов, земля дышала теплом, трава пробивалась зелёными ростками, подснежники качались в такт ветру, а в центре пылал костёр без дыма — языки пламени вились синим и золотым, отбрасывая блики на двенадцать фигур, выстроившихся кольцом.
Каждая фигура была гораздо выше роста обычного человека, тела их мерцали полупрозрачной силой времён: мускулистые торсы, лица суровые, глаза как самоцветы сезонов, одежды из листьев, льда, колосьев и волн переливались в унисон дыхания поляны. Они ждали — Январь с ледяной бородой, Февраль с кулаками-молотами, Март с вихрем волос, Апрель с венком цветов, Май с корнями в земле, Июнь с сетью волн, Июль с молниями в глазах, Август с серпом за спиной, Сентябрь с золотыми листьями, Октябрь с плащом дождя, Ноябрь с мантией тумана, Декабрь с посохом звёзд.
Сани королевы с лязгом тормознули у края поляны — шесть пар коней фыркали паром, стражи в мехах и латах спрыгнули с копьями, факелы их полыхнули, осветив круг.
Королева выскочила первой, тяжёлое платье с меховой оторочкой зашуршало по снегу, рубины в косе вспыхнули, глаза стальные впились в фигуры: "Боги времён... наяву!"
Элара спрыгнула следом, тело её всё ещё гудело эхом осеннего семени, сила круга охраняла — она указала на центр: "Братья-месяцы, милостивая. Они знают о вашем приезде — круг видит всё". Стражи замерли кольцом снаружи, капитан пробормотал молитву, не смея ступить на траву.
Месяцы повернули головы разом, глаза их загорелись — костёр взвился вихрем.
Январь шагнул первым, голос его хрустнул морозом: "Королева Аделаида, дочь бурь. Ты пришла с избранницей нашей, Эларой — сосудом баланса. Мы ждали с того мига, как сани тронулись от дворца. Зачем ступила в круг зимы?"
Королева выпрямилась, подбородок вздёрнут, голос твёрд: "Я — Аделаида, владычица земель от моря до гор. Дары ваши — подснежники оживили венки мои, яблоки разожгли силы. Элара говорит: ритуал тела её сплёл вас с землёй. Докажите правду слов её! Почему плоды зимой? Что за хаос Рейн, о котором шепчут тени? И плата — что требует круг за силу трона моего?"
Февраль прогремел басом, кулаки сжаты: "Правда Элары — клинок. Она выдержала нас: мою мощь, Марта вихрь, Августа жатву. Семя наше — не прихоть, а нить времён в плоти её. Подснежники — дыхание Апреля через январский лёд, яблоки — урожай Августа в снегах. Баланс восстановлен несмотря на жадность Греты и Марты".