Лес встретил прохладой. Поляна братьев открылась в полдень: круг диаметром двадцать шагов дышал теплом, трава зеленела, в центре пепелище костра без дыма. Воздух замер, сила времён шепнула: "Наследники пришли". Дети ахнули.
Элара опустилась на колени: "Братья-месяцы, круг вечный, явитесь! Дети наши — мост новый. Учите их силе". Костёр вспыхнул синим пламенем без дров, двенадцать фигур проступили кольцом, мерцая полупрозрачно: Январь с ледяной бородой хрустальной, Февраль с кулаками-молотами, Март с вихрем волос, Апрель с венком цветов, Май с корнями в земле, Июнь с волнами, Июль с молниями в глазах, Август с серпом золотым, Сентябрь с листьями мудрыми, Октябрь с плащом дождя, Ноябрь с мантией тумана, Декабрь с посохом звёздным.
Январь шагнул к Яну первым, ледяная рука коснулась плеча мальчика — воздух похолодел, иней покрыл траву: "Наследник льда, держи холод в сердце, но не в руках. Смотри!" Он ударил посохом по земле — лужа замерзла мостом хрустальным, Ян повторил, серп в руке покрылся инеем острым. "Для кузни твоей — металл не треснет в стуже", — прогремел Январь.
Февраль приблизился, кулаки-молоты сжаты: "Мощь моя в тебе, крепыш". Он ударил по пню — щепки взлетели, Ян махнул серпом — пень треснул ровно. "Бей точно, но с любовью — молот отца твой брат".
Март усмехнулся вихрю волос, подошел к Майе: "Вихрь мой — в крови твоей. Кружи, но не ломай!" Он взвил листья бурей мягкой, девочка хлопнула ладошками — пыль закружилась радугой, не сломав цветок Апреля. "Травы собирай — лес подарит".
Апрель улыбнулся мягко, венок расцвёл ярче, коснулся Янины: "Жизнь моя в тебе, дочь весны. Созидай нежно!" Он коснулся ладошки девочки — ромашка выросла по колено, Янина повторила: венок в руках её запел ароматом, исцеляя царапину Яна. "Лечи селян — баланс в заботе".
Май укоренил ступни в землю, корни проступили: "Земля моя — ваша опора". Он вызвал росток дуба, Янина с Майей потрогали — корни в их пальчиках шевельнулись, огород в видении взошёл пышно.
Июнь плеснул волнами росы: "Свежесть моя — для питья". Дети попробовали — вода сладкой стала. Июль сверкнул молниями: "Гроза очистит — в бурях не бойся". Август поднял серп: "Жатва — колосья золотом". Сентябрь осыпал листьями: "Мудрость в терпении". Октябрь хлынул дождём мягким: "Смывает беды". Ноябрь окутал туманом: "Тишина укроет". Декабрь звёздами мигнул: "Вечность ваша".
Дети встали кольцом, сила сплелась — мини-костёр вспыхнул в ладошках, поляна вздохнула теплом. Братья кивнули: "Урок первый — баланс в труде. Домой — и служите тихо".
Семья шагнула обратно — глаза детей сияли.
Итан ждал дома: "Как поляна?"
Элара рассказала как все прошло, дети показали, чему научились. Итан улыбнулся, взял Яна за руку: "Сила в балансе, сын. Молот мой бьет точно — твоя магия тоже. Завтра в кузню — серп заточить научу". Ян кивнул серьезно: "Да, отец". Янина с Майей плели венки, Элара пекла хлеб — вечер укутал уютом.
Глава 64
Лето снова окутало деревню жарким, пыльным маревом. Прошло два года с тех пор, как дети Итана и Элары получили первый урок на поляне братьев-месяцев, и магия в их крови расцвела скромным, но заметным цветком.
Ян, десяти лет, уже уверенно держал молот в кузне отца — его прикосновения закаляли металл холодом Января, делая серпы острее и прочнее, подковы не трескались в морозы. Янина, его ровесница, ткала с матерью тончайший лён — нити под ее пальцами становились мягче шелка, венки из ромашки и мяты лечили головную боль и бессонницу соседей, за что селяне приносили яйца и сметану. Майя, шести лет, вихрем носилась по лесу, собирая травы быстрее всех — ее ладошки кружили листья в аккуратные букеты, не ломая стебли, а воздух вокруг нее пах свежестью, как после мартовского дождя.
Все заметили, что в последние месяцы чрево Элары округлилось в третий раз — семя мужа пустило корни глубоко, сила месяцев шептала в снах.
Все текло размеренно, своим чередом.
Июньский зной сгустился в душный полог, когда первая схватка кольнула Элару в поле — она поливала грядки из колодезного ведра, скрип цепи эхом отозвался в чреве. Боль прошла тенью, но через час вернулась туже — живот сократился упругим узлом, Элара опустилась на колени у моркови, дыхание сбилось. Повитуха Агния, как почувствовала, зашла проведать, ощупала профессионально: "Головка низко, тужься, скоро!"