– Значит, он может принадлежать Хейли или Дженни, – сказала Бекка.
Лицо Элисон напряглось, и Бекка чуть ли не возненавидела себя за боль, которую причинила этой женщине. Может, раны Элисон еще не успели зарубцеваться.
– Если это так, можешь его сжечь, – с горечью произнесла Элисон. – После суда они еще долго не смогут ничего носить, кроме тюремных роб.
Бекка кивнула, чувствуя, что краснеет. Элисон, которая, должно быть, заметила ее неловкость, сжала ее плечо.
– Ох, извини. Это не твоя вина. Просто я… Что ж, это для всех тяжело. Я знаю, что для Гэри это тоже удар. Они ему так нравились! Особенно Хейли. А они… они пытались… Я никогда не видела его таким расстроенным и злым. Такой обман. Столько лжи.
– Это просто шок! – пробормотала Бекка. Она хотела перейти к браслетам, но не знала как. Может, просто прямо спросить о них? – Они же были близкими подругами Таши.
– И они были такими милыми, так поддерживали ее после того случая, и от этого еще больнее. Я плакала с ними. Они сидели с ней в больнице, приносили ее вещи, чтобы нам не пришлось ее оставлять. И все это после того, что они сделали? У меня до сих пор это не укладывается в голове. Даже сейчас.
Бекка не видела Хоулендов после похорон Ханны, и хотя сейчас Элисон выглядела не такой расстроенной, как тогда, она все еще испытывала боль от того, что сделали девочки. Она все еще жила в том моменте, когда все изменилось. Терапия ей была нужна даже больше, чем Бекке. Как бы она отреагировала, увидев маму Хейли, плачущую возле дома? Пожалела бы? Чувствуя в Элисон ледяную ненависть, она подумала, что там разыгралась бы та еще сцена. Они испортили ее идеальную жизнь. Это нелегко простить. Яблоко от яблони.
– И я хочу забрать эти браслеты, – прошипела Элисон. Она больше не смотрела на Бекку. – Наташа их выбрала. Я попросила полицейских вернуть их мне, но, судя по всему, я пока не могу их получить.
Вот оно. Бекке даже не пришлось спрашивать. Она все правильно услышала на похоронах. Она даже вздрогнула, и у нее перехватило дыхание. Таша сказала, что их выбирала ее мама, но это была неправда. Их выбирала Наташа. Бекка посмотрела на часы.
– Я лучше пойду, – сказала она. – У меня скоро сеанс психотерапии. – У нее не было никакого сеанса, но она не хотела, чтобы Наташа застала ее здесь. Она будет выглядеть такой жалкой. И ей надо было подумать.
В конце концов, это была небольшая ложь. Может, Таша сказала, что браслеты выбирала ее мама, просто потому, что не хотела, чтобы Бекка чувствовала себя обделенной. Но когда еще она врала?
– Конечно. – Элисон неожиданно обняла ее, и Бекка ответила тем же. Потрясенная, она не могла поступить иначе. – Ты всегда была лучшей из них, Ребекка. Я так расстроилась, когда вы отдалились.
Бекка лишь пробормотала что-то на прощанье и высвободилась из ее объятий. Теперь ее трясло. Элисон Хоуленд, очевидно, даже не подозревала, что они снова отдалились, и не видела всю ту вылитую на Бекку грязь в интернете – по словам Таши, она не увлекалась компьютером и никогда не использовала свой новенький ноутбук. Бекка решила, что это и к лучшему.
– Бекс?
Она подняла глаза. Вот черт!
– Что ты тут делаешь? – Таша прищурилась, так как предзакатные солнечные лучи били ей в глаза.
Трудно сказать, раздражена она была или просто пыталась что-то разглядеть, но ее тон был определенно недовольным.
– Я принесла это. – Она слегка приподняла руку, в которой держала свитер. – Нашла дома и подумала, что, может, он твой.
– Что? – Таша выгнула бровь. – Это?
Бекка стиснула зубы. Таша-стерва вернулась. Впрочем, она права. Бекка и сама никогда бы его не надела, не только из-за размера. В нем было что-то старушечье.
– Да, я должна была сообразить. Думаю, я… – Она, ссутулившись, переминалась с ноги на ногу. – Я просто хотела с тобой увидеться. Столько времени прошло с тех пор, как мы в последний раз разговаривали. Хотела убедиться, что у тебя все в порядке. – Это лучшее, что она смогла придумать. И это было отчасти правдой. Ей было больно от того, что они больше не друзья. Очень больно.
– Я в порядке. – Тон Таши смягчился. – Извини за все это в интернете. Наверное, было тяжело удалять все свои страницы.
– Меня это не волнует, – сказала она, хотя это было не так. Несмотря на то, что она таким образом освободилась от троллинга, ощущение было такое, словно она кусок от себя отрезала. Еще немного, и она начнет создавать фейковые аккаунты, просто чтобы почувствовать, что находится в той же вселенной, что и все остальные. – Я скучаю только по нашим прогулкам. Было хорошо опять дружить.