Таша остановилась. Теперь Бекка могла видеть выражение ее лица – что-то похожее на обиду. Обида и, возможно, злость. Много злости. Какое-то мгновение Таша выглядела настоящей уродиной. Лунный свет резко высвечивал ее лицо, подчеркивая запавшие щеки, а вокруг ее сверкающих глаз были черные круги. Теперь, когда она была погружена в воспоминания, ее рот был похож на тонкий разрез. Даже ее светло-золотистые волосы казались очень темными. Она напоминала Бекке мертвую девочку из ужастика. И, возможно, по сути она такой и была. Наконец Бекка увидела настоящую Ташу. Ту, которая была внутри. Совершенно чокнутую.
– Они больше не хотели со мной дружить, – произнесла она, глядя куда-то поверх головы Бекки. – Я это знала. Они начали гулять вдвоем. Меня не приглашали. Придумывали оправдания, чтобы не идти со мной. Я не могла в это поверить. В их высокомерие. – Последнее слово было сказано с особой злостью. – Однажды Дженни нанюхалась и сказала, что я чересчур все контролирую. И я слишком критична. – Она покачала головой. – Как она посмела?! Барби – это я. Конечно, я их контролировала. Я сделала их самыми популярными девушками в школе. Я их вылепила. Как они могли меня бросить? Я всегда была самой популярной, Бекка, ты же знаешь. Даже в младшей школе. А сейчас, когда осталось только закончить старшую школу, они хотели это у меня отнять? Как бы я выглядела, если бы они меня оставили? Я бы стала неудачницей. А я не проигрываю, Бекс, ты это знаешь. Я какое-то время пыталась все наладить, но однажды услышала, как они меня обсуждают. Они говорили, что я холодная. Психопатка. Диктатор. Они считали, что я вела себя как стерва по отношению к ним. Они говорили, что у меня проблемы с головой.
«Да неужели?» – подумала Бекка. Она пыталась вспомнить, были ли за эти годы еще случаи, как с зеленым платьем. Сколько раз Наташа натравливала Дженни и Хейли друг на друга, пока они не поумнели и не решили, что с них достаточно?
– Поэтому, когда я узнала про мистера Геррика, я поняла, что нужно делать. Я должна была их проучить. Преподать им урок. Продемонстрировать, на что я способна. Нам еще оставалось учиться около двух лет, и я не могла позволить себя опозорить. Угрожать мне. Точно не им. – Таша взглянула на Бекку. – Я решаю, кто остается, а кто уходит, а не они.
– Так мистер Геррик не имел к этому никакого отношения?
– Конечно нет. – Таша издала резкий, неприятный смешок. – Будто мне есть дело до того, с кем тра…ается Дженни. Если бы она мне об этом рассказала, может быть, я бы даже ей помогла – сделала бы, чтобы это работало в ее интересах. Но они не доверили мне этот маленьких секрет. О нет, они хотели, чтобы это оставалось их тайной. Как будто это возможно. Будто они когда-то могли что-либо скрыть от меня. Они думали, что я сделаю с ним что-то ужасное. Хейли проговорилась об этом. И они не хотели этого. Это меня рассмешило. Разве они хоть когда-то знали, что для них лучше? Вот для чего у них всегда была я. Они думали, что я выложу это видео на «YouTube» и выставлю их на посмешище. И я могла бы. Но это было бы слишком очевидным, правда? Так бы поступил обычный человек. Это было бы просто злобным выпадом. Но я хотела, чтобы они вынесли из этого урок. То, что я делала, имело смысл. Просто в какой-то момент все вышло из-под контроля.
Ты сумасшедшая, хотела сказать Бекка. Больная на всю голову. Вместо этого она пожала плечами:
– Они, пожалуй, заслужили это.
– Именно! – воскликнула Таша. – Им не положено меня бросать. – Она повернулась и уставилась на темную воду. – Им даже думать так было непозволительно. Они должны были испытывать ко мне благодарность. Они принадлежали мне.
Хотя уже потеплело, сейчас, посреди ночи у реки, ветер, раздувавший Бекке волосы, был холодным, и ее бросило в дрожь. Она была готова вернуться домой. Она уже почти все выяснила.
– Ты его выбросишь или как? – спросила Бекка, кивком указывая на ноутбук.
Таша взглянула на него, а потом запустила его, как фрисби, на середину реки. Он, сверкнув серебром, с плеском упал в воду. Они обе проводили его взглядом.
– Что ж, вот и все, – подытожила Бекка.
– Вот и все.
Бекка тут же отступила на шаг от берега, ее сердце бешено колотилось. Ей хотелось, чтобы ее ноги приклеились к земле. Это ведь Наташа. Никогда не знаешь, что она сделает в следующий момент.
– Не волнуйся, – сказала Таша, все еще глядя на воду. – Я не собираюсь тебя толкать. – Она посмотрела на Бекку через плечо. – Признаюсь, я думала об этом. В смысле это даже не вызвало бы подозрений. Ты совершаешь самоубийство в том месте, где я чуть не умерла. Это было бы так пафосно, правда? Будто ты на самом деле хотела быть мной.