– Все хотят быть тобой, Таша. – Бекка испугалась: на секунду ей показалось, что она переигрывает. Она никогда так откровенно не льстила. Но Таша продолжала говорить:
– Всех этих комментариев в «Facebook» и того, что мы с Эйденом встречаемся, должно было хватить, чтобы довести тебя до крайности. – Она хихикнула. – В буквальном смысле.
– Почему ты передумала? – спросила Бекка.
– Не знаю. Наверное, из-за симпатии к тебе. Ты настолько умна, что обо всем догадалась. Было бы жаль уничтожить такой мозг. Думаю, нам будет весело вместе. По крайней мере какое-то время.
Бекке стало интересно, как долго Таша позволила бы ей играть, прежде чем ей это надоело бы. Неделю? Месяц? Бекке пришлось бы все время оглядываться, ожидая, когда на нее упадет топор.
– Лучшие подруги навек, – мягко произнесла она.
Наташа повернулась и неожиданно крепко обняла Бекку.
– Лучшие подруги навек, – повторила она.
Бекка чувствовала на ухе ее теплое дыхание.
Вдруг старый папин диктофон громко запищал у нее в кармане, и пораженные девушки отскочили друг от друга. Сердцебиение Бекки ускорилось, когда Ташины глаза расширились от удивления, а потом потемнели от ярости.
– Что? – сказала Бекка, пытаясь говорить небрежно. Нормально. Расслабленно. Она сделала шаг назад и чуть не упала, поскользнувшись на влажной земле. Черт, черт, черт, думала она. Памяти не хватило.Черт, черт, черт.
– Что это было? – спросила Таша. Губы у нее снова стали тонкими. – Ты это записывала? Записывала меня? – Теперь она уже рычала и, когда сгруппировалась, чтобы броситься на нее, то напомнила Бекке животное, ночного хищника, волка или лису, зубастого и голодного.
– Нет… – Бекка замерла, понимая, как жалко и испугано звучит ее голос. – Нет, наверное, аккумулятор телефона сел. – Но это был не телефон, и Таша об этом знала.
– Отдай это мне! – крикнула она, рванувшись вперед и ухватившись за карманы Беккиного пальто.
– Прекрати, Таша!
Бекка пыталась оттолкнуть ее, но Таша навалилась на нее со всей силой, царапаясь и шипя.
– Ты чертова сука, Бекка, – выпалила она, пока они боролись. – Ты чертова ничтожная сука! Я собиралась сделать тебя особенной! Отдай мне эту запись!
– Отвали, Таша! – крикнула Бекка, наконец позволив себе выпустить гнев. – Просто отвали! – Она схватила ее за руки и попыталась оттолкнуть. Мир закружился вокруг, когда почва ушла у них из-под ног.
Вот черт, подумала Бекка, встретившись с Ташей взглядом и увидев, что в ее глазах отражается ее собственный шок и страх. Черт, черт!Мы падаем в реку.
64
Сирены выли в ночи. Они приближались, но, по мнению Джейми, были еще далеко. Его ноги горели от быстрого бега, воздух с хрипом вырывался из груди. Он слышал, как позади него ругается Кейтлин, спотыкаясь в темноте. Пятно света от ее фонарика прыгало как сумасшедшее, так что от него было мало толка.
Поляна, где, по словам Наташи, девочки ее связали. Его осенило всего минут десять назад, когда Кейтлин отправляла офицеров проверить школу и кладбище, где похоронили Ханну. Джулия Крисп, мама Бекки, позвонила им и истеричным тоном сообщила, что, рыская по дому в поисках подсказки, где могла бы быть ее дочь, она нашла чужой «AirBook» со следами оторванной наклейки. Он лежал на столе с запиской от Бекки:
Если я не вернусь, то я люблю тебя, и отдай это полиции. На нем видео, которое им нужно посмотреть. У меня нет пароля.
Внезапно Джейми стало ясно: они встретились в лесу. Должны были. Его дом находился по другую сторону реки, но в пяти или десяти минутах ходьбы от того места, где он нашел Наташу, был узкий мостик. Он сказал Беннет, что они могут перебраться на другой берег там. Они, вероятно, успеют туда быстрее полицейских на машинах.
Они были уже у входной двери, когда он заканчивал фразу, а сейчас они, спотыкаясь, бежали во весь дух, и хмель после выпитого полностью испарился. Бисквит промчал мимо них, и Джейми не стал его окликать, чтобы еще больше не сбивать дыхание.
– Где мост? – задыхаясь, спросила Кейтлин, догоняя его.
– Там, справа от нас.
Они оба повернулись в ту сторону, а потом Джейми схватил ее за руку:
– Стой! Подожди!
– Что? – рявкнула она.
– Слушай!
Бисквит лаял. В другой стороне. Резко, высоким тоном.
Лай, требующий внимания.
Еще один яростный лай, крик, а потом громкий всплеск.