— Ну спасибо тебе огромное.
— Не стоит. Лучше поделитесь секретом своих прекрасных роз! Моя мама от них просто без ума!
— Так пусть заходит на выходных. Я расскажу ей, как правильно за ними ухаживать. Но мне всегда казалось, что твоя мать больше любит тюльпаны. Вон сколько их у нее в цветнике. А по этой части она и сама мастерица.
— Мама любит все цветы. И в скором времени мы планируем разбить небольшую грядку роз у восточного окна. Но вряд ли у нее получится зайти к вам. На выходных мы собираемся на пикник. Но я передам ей ваше любезное приглашение. Уверен, как только выдастся свободная минутка, она тут же заскочит.
— Ну вот мы и пришли. Омэн! Ну что за несносный мальчишка? Куда ты потащил мою сумку?
— Я поставлю ее возле двери, чтобы вам не пришлось поднимать ее по ступенькам. Миссис Гариссон… — Омэн замялся и умоляюще поглядел на женщину. — Я думаю, моим родным не стоит лишний раз волноваться из-за того, что я вчера один-единый раз в жизни побаловался с пацанами травкой. Мне вовсе не хочется продолжать этот опыт, а у мамы больное сердце. Не хотелось бы ее расстраивать…
— Ах, вот для чего был устроен этот маленький спектакль. Ну и хитрец же ты, Омэн. — Женщина погрозила мальчику пальцем. Но как старуха ни напускала на себя суровость, она не могла сдержать своего восхищения предприимчивым парнем.
Миссис Гариссон вздохнула:
— Увижу подобное еще раз — обязательно расскажу.
— Спасибо! — Донеслось до нее уже из улицы. Омэн с чувством выполненного долга шел домой.
*********************************************************************************************************
Хаос. Сегодня не Омэн избегал предметов, а они испуганно шарахались от него, сразу же возвращаясь к медленному и плавному движению. Но парень находил это более приятным, чем ждать, что вот-вот тебя затянет какая-то очередная цветная бездна. Едва он полностью успокоился и расслабился, как заметил вокруг себя странные колебания воздуха. Тот был непривычно густым и зеленым. О нет! Омэн обнаружил себя запертым в квадрате изумрудно-зеленого цвета и как только осознал это, все вокруг скрыла темнота.
Омэн пришел в себя на лесной опушке. Оранжевое, словно апельсин, солнце уже наполовину скрылось за горизонтом. Верхушки деревьев были окрашены в нежно-розовый цвет, а их листья, дрожащие на едва ощутимом ветру, смотрелись особенно трогательно на фоне яркого багрового неба. Мир был полон звуков живой природы. Пели птицы, жужжали огромные, похожие на маленьких истребителей жуки, неподалеку слышалось журчание ручья. Но Омэн чувствовал тревогу. Заходило солнце. Нужно было идти глубже в лес.
Он с удивлением прислушался к своим ощущениям. Да, глубоко внутри что-то сигнализировало о том, что нужно поскорее скрываться в лесной чащи, но не потому что здесь его ожидает опасность, а потому что угрозой может стать он.
Омэн чувствовал, что этот незнакомый лес и отсутствие людей поблизости не таили в себе ничего плохого. Наоборот. Человек привносил в природу дисгармонию. И он больше не мог оставаться человеком.
Угасли последние лучи солнца. На смену ему в небо поднялась огромная, идеально круглая, точно блюдце, луна, окутывая вмиг почерневшие деревья серебристо-холодным светом. ПОЛНОЛУНИЕ!
— Ааааа! — Омэн согнулся от разрывающей изнутри боли.
Страдала каждая клетка тела. Затрещал позвоночник. Пальцы скрючились,и на них появились большие черные когти. Омэн сорвал с себя мешающую ему одежду и обнаружил, что тело покрылось густой серой шерстью, которая становилась все лохматее. Зубы не помещались во рту, и вскоре изогнутые клыки уже приподнимали верхнюю губу, а изнутри рвался звериный рык. Омэн поддался ему и издал нечеловеческий рев, который вскоре перешел в унылое завывание, стирая последние рамки между человеком и зверем.
Как же трещит голова! Не раскрывая глаз, Омэн почувствовал, как по бедру потекло что-то мокрое и холодное. Наконец он решился обозреть мир сквозь узкую щелочку — так боль еще можно было терпеть — и обнаружил, что находится в том же самом лесу и в том же самом виде 16-летнего подростка, возле которого лежит… полусъеденный труп оленя! Забыв про головную боль, Омэн резво вскочил на ноги. Он бегло осмотрел себя и упал на колени, не в силах сдержать рвоту. Его руки и правая нога были испачканы темной уже чуть подсохшей кровью, которая, как и труп несчастного животного, привлекла огромное количество мух.Омэн был полностью голым и даже слегка замерз. Но главнее всего было другое: он чувствовал себя так, словно совсем недавно потерял нечто очень важное. Где-то в этом лесу. Возможно, даже за ближайшими деревьями. Он знал, что его нынешний образ — это совсем не то, кем он был на самом деле, что эта жизнь не настоящая, а истинная реальность существовала каких-либо пару часов назад.