— 2100 год рождения, — будто случайно вслух произнес мужчина. — Такая молодая, а уже на службе у Системы.
Когда-то и о нем говорили так же. Молодой, без связей и большого опыта, но уже на должности инспектора отдела психопреступлений.
Жёсткий и целеустремленный, всегда следующий правилам. Он карабкался вверх, не замечая ни протянутых рук, ни споткнувшихся у его ног. Коллеги перешептывались за спиной, начальство поощряло, но держало на дистанции, а он все дальше шел за своей мечтой. Его никто не ждал дома, друзьями стали коллеги, и вся его жизнь была заперта в этом высотном здании.
Он ещё раз пробежался глазами по анкете новоприбывшей. Девушка нервно постукивала ногтями по собственной руке, ожидая заключения и хоть каких-то слов. Привычные часы выдавали слегка пожелтевший оттенок.
«Уровень стресса выше нормы», – вздохнула девушка, отгоняя неприятные мысли.
Быстрыми движениями мужчина внёс новые строки в биографию, потеснив упоминания о пройденных курсах по кризисной психиатрии. «С 10 сентября 2125 года является штатным психиатром отдела психопреступлений».
Анкета резко исчезла с экрана. Девушка вопросительно уставилась на начальника.
— Ну что? — не выдержала она, нервно поправляя высокий хвост из темных волос. Её вытянутая, худощавая фигура в темной форме отдела напряглась в ожидании ответа. Бледное лицо выражало нетерпение, а карие глаза, несмотря на молодость, смотрели серьезно и требовательно.
— У меня пока нет для вас работы, — сухо ответил тот, всем видом демонстрируя, что ему не интересно продолжение диалога.
— Но мне говорили при распределении, что работы очень много и вы сейчас ловите...
Он остановил ее жестом. Она резко замерла, не закончив фразу.
— Это не в вашей компетенции, — строго сказал мужчина. — Марк покажет вам ваше новое рабочее место. Если будут распоряжения, я сообщу.
Он опустил глаза, которыми до этого сверлил новую коллегу, и продолжил работу, не обращая внимания на ее недоумевающий взгляд.
Элла растерянно смотрела на него, чувствуя себя ненужной и отвергнутой. Холодность этого человека была почти осязаемой, она словно сковала её по рукам и ногам. Перспектива работать с ним бок о бок казалась ей теперь не такой уж радужной. Но отступать было некуда. Вздохнув, Элла решила, что просто так не сдастся.
****
— Это что такое было? — Элла оперлась ладонями о стол, подавшись вперед и взволнованно оглядываясь по сторонам.
Она восклицала, не в силах сдержаться. Время обеденного перерыва снимало с нее некоторые рабочие условности, и она наконец могла обсудить эту ситуацию, вырвавшись из душного кабинета в просторный кафетерий. Здесь, среди ярких пятен зелени искусственных растений и мягкого, рассеянного света, льющегося из-под потолка, было на удивление спокойно. Легкая музыка едва пробивалась сквозь гомон голосов обедающих.
— Не бери в голову, он всегда такой, — с усмешкой сказал Марк, делая глоток черного кофе, аромат которого смешивался с запахом свежей выпечки, доносившимся от стойки.
Элла опустила взгляд на свой капучино, медленно вращая стаканчик в руках. «Всегда такой? Значит, надеяться на то, что он просто был не в духе, бессмысленно». Картина вырисовывалась не самая приятная. Неужели ей придется каждый день терпеть эти колючие взгляды и ледяной тон? И как Марк, да и все остальные, могут с этим мириться?
— Тебя это совсем не заботит? — наконец, не выдержав, спросила она. — Как можно такое терпеть?
— И что, пойдешь жаловаться вышестоящему начальству в первый же рабочий день на то, что твой начальник вел себя с тобой строго профессионально?
Марк все еще с улыбкой смотрел на Эллу. Он слышал эту речь не в первый раз, все новые работники этого отдела повторяли ее слово в слово.
Элла рассерженно смотрела на Марка, нервно постукивая пальцами по краю стола.
— Я не понимаю, как такое можно терпеть!
Она крутила свой капучино в руках, то и дело попивая его между гневными фразами.
— Да ладно тебе, ты привыкнешь, — расслаблено пожимал плечами Марк.