Она искала в этих словах утешение, стараясь не замечать четкой команды в оболочке видимой заинтересованности.
Толпа уже собиралась возле сцены. Полностью покрытая красной бархатной тканью, она слегка поблескивала от окружающих свечей.
«Правила безопасности здесь не в приоритете», — подумала Элла, представляя, как все это может воспламениться от нечаянно опрокинутой свечи.
Люди рассаживались по бордовым креслам, стройными рядами размещенным вокруг сцены. Только сейчас девушка заметила, что высоко над партером виднелись балконы. Гостей, находившихся там, было сложно разглядеть. Но Элла смогла рассмотреть некоторых из них. Дамы — в шикарных платьях и с веерами — о чем-то активно перешептывались, поглядывая вниз. Стоящие рядом мужчины лениво попивали шампанское из аккуратных бокалов. Спонсоры или избранные гости?
Мимо них проплыл официант, жестом приглашая взять один из напитков. Девушка по привычке протянула руку, но Александр заблокировал ее одним из своих леденящих душу взглядов.
— Не стоит, — он постарался сказать это мягко, не выдавая своей истинной мысли, но в словах сквозила жесткость. — Впереди долгий вечер, дорогая.
Элла застыла с натянутой улыбкой, поддерживаемая сочувствующим взглядом официанта. «Дорогая» — в этом контексте обращение звучало особенно жутко, и… трепетно. Бурлящий коктейль из эмоций потихоньку заполнял сосуд ее чувств.
— Ты прав, дорогой, — последнее слово резало слух, и Элла специально его растянула, говоря самым слащавым голосом из возможных.
Капитан лишь слегка улыбнулся и поблагодарил официанта за предложение. Когда тот отошёл, Элла спросила:
— Думаете, там что-то подмешано?
— Вполне.
— А создавать вид бурного праздника?
— Не рискуй. Наблюдай.
Толпа медленно двигалась к креслам, постепенно рассаживаясь. Человеческий водоворот затянул и девушку, и мужчину, приведя их к свободным местам. Подойдя ближе к креслам, Элла увидела конверты, лежащие на сидениях.
«Леди Миракл» — был подписан конверт на ближайшем к ней сиденье.
«Как они узнали, где мы сядем? Или места были распределены заранее?» — от этой мысли ей стало не по себе.
Она почувствовала на себе тяжелый, пристальный взгляд. Девушка обернулась. В глубине зала стоял мужчина в светлой карнавальной маске, закрывающей все лицо. Его темные длинные волосы спадали вниз по плечам, рассыпаясь густой волной по алому плащу. Его темные, почти бездонные глаза буравили Эллу взглядом. Это было единственное, что не скрывала маска.
Девушка поспешно отвернулась и торопливо заняла свое место, аккуратно вскрыла конверт кончиком ногтя.
"Леди Миракл! Премного благодарен Вам за посещение моего скромного мероприятия. Уверяю, Вы будете в восторге. Прошу Вас не делиться этим ощущением с другими, а оставить его в своей душе. С уважением, Ваш Пастор".
Элла слегка поморщилась от вычурности текста и заглянула в письмо Александра. Оно было идентичным, за исключением имени.
Мужчина бегло просмотрел письмо Эллы, а затем перевел взгляд на нее. Зал постепенно погружался во тьму, и девушка разглядела лишь слабое мерцание линз начальника в последних лучах света.
Вдруг все стихло. Музыканты оркестра замерли, словно ожидая чего-то особенного. Постепенно зал наполнился робкими звуками скрипки и фортепиано. Музыка набирала силу, а освещение разливалось по залу, достигая кульминации в ослепительной вспышке. Элла прищурилась от резкого перепада яркости.
Загадочный мужчина, который до этого пристально наблюдал за ней, внезапно появился на сцене. Он стремительно взмыл вверх без какой-либо поддержки. Элла попыталась разглядеть тросы, но ничего не обнаружила.
Мужчина парил. Его кроваво-красный плащ развевался от потока ветра, и Элла завороженно наблюдала за этим представлением.
Наконец мужчина достиг высшей точки и, паря практически под потолком, раскинул руки в стороны.
— Я здесь, я с вами! — его голос звучал одновременно повсюду и нигде. — Бог дал мне возможность летать, а все, что взял взамен — мою веру.
Мужчина кружился под потолком в такт музыке, прикрыв глаза и размахивая руками.
Он медленно опустился, и через мгновение уже стоял на сцене, твердо опираясь на ноги.