Гости расходились по большому залу, который примыкал к тому, где до этого выступал Пастор. Огромных размеров бальный зал быстро заполнялся танцующими парами. Один из незнакомцев, стоявших неподалеку, шатающейся походкой подошел к Элле.
— Мадемуазель, — вырвалось из мерзкого рта, — разрешите пригласить вас на танец.
Пьяный мужчина протянул руку, и девушка оглядела его. Белый костюм, на рукаве которого уже виднелось красноватое пятно, странно топорщился на угловатой фигуре. Пока Элла раздумывала над ответом, мужчина добавил:
— Ну, вы согласны?
В его тоне слышалась раздраженность и нетерпение. Как она могла сразу не согласиться танцевать с ним?
— Благодарю, но нет, — ответила Элла и развернулась, чтобы отойти, но ее руку сдавила сильная хватка.
— Отказы не принимаются, — его дыхание, сдобренное перегаром, обожгло ей щеку.
— Руки прочь, — голос Александра прозвучал негромко, но ледяной тон заставил окружающих гостей обернуться.
Мужчина резко обернулся, но его взгляд встретился с холодно-обжигающей пустотой. Он пошатнулся, попытался дернуться, но его рука уже была надежно зафиксирована за спиной одним точным движением. Боль, острая и безоговорочная, заставила его согнуться.
— Отпусти, — перегар смешался с хрипом.
— Поблагодарите даму за снисхождение, — не меняя тона, продолжил Александр. Его хватка стала еще настойчивее.
Сдавленный стон вырвался из груди навязчивого кавалера.
— Простите…
Капитан посмотрел на Эллу, та коротко кивнула.
— Ваши извинения приняты, — Александр разжал пальцы.
Тот не смог удержаться на месте и повалился на пол. Проклиная девушку и того, кто за нее заступился, мужчина встал и поспешил убраться из зала. Никто не встал на его защиту. Маскарад продолжился.
Элла подошла к Александру. Маска спокойствия прикрепилась к ее лицу, но в глазах читалась благодарность.
— Спасибо.
Алекс слегка склонил голову. Затем его взгляд стал пристальнее.
— А со мной леди согласится потанцевать?
Он произнес это серьезно, без доли иронии или сарказма. Его рука была протянута к ней, словно он несчастный, вопрошающий милостыню. Элла непонимающе заморгала глазами, ожидая подвоха.
Но Алекс все так же протягивал руку и терпеливо ждал ее. Собравшись с силами и совладав с эмоциями, девушка протянула руку в ответ.
Песня, заигравшая в этот момент, была смутно знакома Элле. Возможно, она слышала ее в рекламе или в одной из популярных подборок старых песен, но музыка совсем не казалась устаревшей.
Александр ловко закрутил девушку, выставляя в правильное положение для начала танца. Левую руку он переместил на открытую спину Эллы, стараясь держать пальцы на одном уровне, не опуская их. Его ноги постепенно начали следовать в такт музыки, увлекая девушку за собой. Она ступала за ним, плыла, не отдавая отчёта своим действиям, просто отдавшись порыву. Александр пристально смотрел в ее карие глаза, искрившиеся от света и волнения. Но свои истинные мысли он прятал глубоко внутри, отгородившись холодной голубой пеленой.
Слова песни в исполнении низкого мужского голоса проникали Элле в самую душу.
«Под светом полной луны
Просто назови мое имя...»
— Элла, — он сказал это хрипло, непривычным для себя голосом. Девушка встрепенулась, слегка нарушая их ритм, и почувствовала знакомый ком в животе.
— Ты отлично танцуешь, — добавил он своим привычным тоном. Она смотрела на Александра и не понимала, была ли в этой песне двусмысленность, которую улавливала только она. Он вел ее с таким знанием, словно просчитал траекторию ее движения еще задолго до этого момента. Быть такой предсказуемой для него пьяняще удушало и унизительно сдавливало изнутри.
«…И я твоя...
До самого рассвета»
Бархатистый мужской голос разливался по залу, наполняя слова особой магией и эмоциями.
Александр на удивление хорошо танцевал, и Элла не могла понять, где же он этому научился. Он уверенно вел ее по всему танцполу, не упуская ритм. Мужчина наклонил Эллу назад. Ее тело, вопреки сознательным сопротивлениям, отвечало на каждый его импульс глубинным порывом, пугавшим своей неосознанностью. Рука Александра сместилась на ее талию, и он крепко сжал девушку, поддерживая и не давая ей упасть. Она отклонила голову вбок, не в силах ответить на его прямой взгляд, и перевела глаза на тех, кто танцевал рядом. Но вокруг никого не было. Люди, танцевавшие вместе с ними до этого, теперь стояли чуть поодаль, наблюдая за парой. Элла слегка смутилась, не понимая такого всеобщего внимания. Но повернув голову обратно, она наконец поняла. Ее партнер смотрел на нее так, словно видел сквозь время их общий финал. Нежность, страсть, жалость с неизгладимой печалью – все сливалось в единую тяжесть невыносимого знания, которую мужчина не мог передать Элле.