Она ещё раз оглядела себя, посильнее затянула пояс плаща и ступила одной ногой на первую ступеньку неизведанного.
Дверь сразу же распахнулась. Среди стеллажей, забитых книгами, показались двое в черных масках и с оружием. Они окружили девушку, и, дождавшись, пока та полностью зайдет в здание, плотно закрыли за ней дверь. Элла последний раз обернулась. Начальник все ещё прожигал ее взглядом, как и все те минуты, когда ее готовили к переговорам, и даже тогда он не произнес ни слова. Но сейчас она заметила на его губах лишь едва уловимое "Удачи." Возможно, ей просто хотелось верить, что он действительно поддержал ее решение. Но теперь ей оставалось только разбираться со всем тем, на что она согласилась сама.
Люди в масках дулом оружия указали Элле на лестницу, ведущую на второй этаж. Девушка лишь слегка кивнула, не решаясь нарушить покой вооруженных мужчин словами, и направилась к лестнице.
Две пары глаз пристально следили за ней, она чувствовала их взгляды у себя на спине.
Почему их всего двое и где остальные? Не могли ведь всего три человека захватить один магазин, или могли? А самым странным ей показалось то, что по пути ко второму этажу она не увидела ни одного заложника. Лишь возле двери, ведущей к лестнице, она заметила игрушечного зайчика.
Подъем по ступеням занял целую вечность. Оказавшись на втором этаже, она снова осмотрелась. Здесь было так же пусто, никого из заложников. Все свободное пространство занимали книжные полки, отдавая лишь небольшую часть деревянным дверям. Здесь их было всего две. Одна из них приоткрылась, словно приглашая девушку зайти внутрь.
— Элла, что вы там стоите? Приходите! — звонкий голос разнесся по всему этажу, отбиваясь от занятых стен и проникая Элле в мозг.
Она послушно сделала шаг. Приоткрытая дверь манила, и в то же время пугала девушку, но та не давала страху завладеть собой, ведь слишком многое было на кону.
Открывшийся ей вид не говорил ни о чем ужасном. Обычный кабинет, с деревянной мебелью и духом старого хозяина. Памятные вещицы были расставлены на каждой полке, где место не было занято книгами. На одной из стен висели африканские маски, а рядом стояло изображении Девы Марии.
Элла мимолётно вскинула бровь.
— Интересный набор, не так ли? — подметил ожидающий ее мужчина. Его голос вырвал девушку из задумчивого наблюдения.
— Не часто встретишь такое сочетание, — решила подыграть ему Элла. Она понимала, что если начнет разговор с вопросов и обвинений, то ничего не добьется.
Она всё ещё стояла к нему спиной и не спешила поворачиваться. Ощущая его взгляд на себе, она медленно прошлась по кабинету, заложив руки за спину. Своими же пальцами она обвила тонкое запястье второй руки и остановилась возле одной из картин, висящих на ближайшей стене. Одновременно жестокое и захватывающее произведение заслуживало внимания. С полотна на нее смотрела голова Иона Крестителя, лежащая на полу у его колен. Сам же Иоанн смиренно склонил голову, потакая своей участи. Божественное свечение и нимб над его головой придавали картине воодушевляющее ощущение. Несмотря на смерть, он был все ещё жив.
Загадочный собеседник не собирался нарушать молчание и тихо наблюдал за Эллой. Машинально откинув прядь белых волос с лица, он крепко взял в руки чашку.
Девушка все ещё стояла спиной к нему, молча рассматривая картину. Он не мог нарушить этот момент, потому что понимал, что так нужно, иначе весь его план пройдет совсем по-другому.
— Вы принесли мой кофе?
Элла резко повернулась, задав вопрос будничным тоном.
Он словно ждал этого и мягко улыбнулся. Как раз в этот момент она застала его, оборачиваясь.
На кресле перед ней сидел ее ровесник. Белые, словно выцветшие под луной, волосы обрамляли бледное лицо с тонкими чертами. Его темные глаза, казалось, проникали глубоко внутрь, пытаясь разгадать каждую ее мысль. В белоснежной рубашке, он выглядел почти призрачно, словно сотканный из света и тени. В его взгляде читалась смесь безразличия и острого, почти болезненного интереса, словно он одновременно презирал и жаждал чего-то от Эллы.
— Из молока было только миндальное, вам такое нравится? — спросил он, склонив голову чуть вбок, рассматривая девушку под другим углом.
— Ну что же, раз других вариантов нет, то буду его, — она слегка улыбнулась, будто от этого разговора не зависимо так много. Будто под ее ногами не находились десятки жизней, которые сейчас зависит от правильности ее фраз.