Такой близкий контакт с Виктором не давал ей ответить или как-то отреагировать на слова капитана.
Правая рука девушки всё ещё удерживала парня за подбородок, а вторая скользнула к его плечу.
– Но ты не виноват, – смягчилась она. – Никто не виноват, кроме него.
Виктор снова заплакал. Слегка опуская голову, он обжёг Эллу потоком своих слёз.
– Прости, что я не досмотрел.
Её рука скользнула по его плечу, оставляя едва заметный след.
– Ничего. Там это уже не важно, – подняв палец кверху, она указала на небо.
– Скажи, там хорошо?
– Очень.
Голос девушки, родной и мягкий, убаюкивал его. Поэтому он совсем не заметил тяжести в мышцах, которая наступила почти сразу после её прикосновения.
– Виктор Дальцев, вы арестованы по подозрению в шести убийствах.
Мужчины, заполнившие комнату, показались Виктору смутно знакомыми. Одного – высокого и напряжённого – он помнил по допросу, а второго уже видел в отделе. Остальных вооружённых людей он не знал. Попытавшись встать, Виктор понял, что не может. Его мышцы были скованы невидимой сетью. Руки, прижатые к голове, больше не шевелились. А колени продолжали упираться в холодный твёрдый пол.
– Зачем ты их привела? – Ви с мольбой смотрел на «Мел», ища в её глазах следы той, кто когда-то верила в него.
– Потому что ты перестал отличать спасение от убийства.
Щелчок, едва заметный, который не был слышен никому, кроме самого Виктора, открыл во рту гамму нового вкуса.
Смесь горечи и остроты приятно жгла язык. Осознание того, что он сейчас вкушает, придавало ему сил. Давало надежду на то, что больше никто и никогда не причинит ему боль. Ведь это было последнее, что он почувствовал в своей жизни.
Глава 21. Грустный праздник
– Сюрприз! – Марк, шедший впереди небольшого шествия, аккуратно держал в руках торт.
– О, Господи, – реакция капитана сразу давала понять его отношение к этому «сюрпризу».
– Нет, Алекс, это всего лишь я! – расхохотался Марк, ставя торт на стол.
Элла, скрывавшаяся за спиной молодого коллеги, юрко выпрыгнула с праздничным колпаком в руке.
– Праздник для именинника! – с этими словами она наклонилась ближе к Александру, надевая разноцветный колпак.
– Ну что вы тут устроили, – закатив глаза, холодным тоном произнёс Алекс, и поджатые губы скрывали его истинное отношение к празднику. Ему было приятно, что они не забыли. Ему было приятно, что отец не забыл.
Владимир подошёл после всех. Достав старую бензиновую зажигалку, он поджёг фигурные свечи на торте.
– С днём рождения, – тепло сказал Владимир, смотря на сына. – Загадай желание.
Александр поморщился, словно услышал злую шутку в свой адрес.
– Желание? – переспросил он, оглядывая небольшой круг своих близких. Если их можно было так назвать. Отец, испортивший его детство. Друг, с которым судьба свела только благодаря работе. Девушка, с которой он не мог позволить себе быть. Что они все здесь забыли?
– Да, самое сокровенное, – воодушевлённо сказала Элла, слегка поправляя тарелку с тортом.
– Ну хорошо, – вдруг встрепенулся Алекс. – Раз самое сокровенное.
Он прикрыл глаза, оголяя бледные веки с фиолетовой капиллярной сеткой, и задумчиво застыл. Всего на секунду, но это было достаточно, чтобы каждый ощутил – это желание было действительно важным.
***
– Прости, что в такой обстановке. Ты только из морга, а мы с тортом, – Элла стояла в дверях его кабинета, слегка опершись на стену.
Лёгкое празднование с небольшим десертом уже закончилось, и все разошлись по делам.
– Ничего, – тихо произнёс Алекс. – Здесь постоянно так. В какой ещё обстановке это делать?
– Тоже верно, – хмыкнула Элла. – Я пойду, ещё оформлять отчёт.
– Стой, – остановил её капитан. – Спасибо вам.
На его лице мелькнула странная тень, не похожая на остальные его эмоции. Элла приостановилась. Искренняя благодарность из его уст больше не казалась ей чем-то чуждым. Слегка улыбнувшись, она прошла вглубь кабинета, закрывая за собой дверь.
– Что случилось? Выкладывай, – она села на уже знакомый диван, закинув ногу на ногу.
– Не надо проворачивать на мне свои психологические штучки, – раздражённо сказал Алекс. Прикрыв глаза, он снял очки и потер переносицу. – Голова раскалывается.
– Извини, я просто волнуюсь за тебя, – Элла была слегка удивлена такому тону мужчины и решила немного сгладить углы.
– Не извиняйся, я сейчас не в лучшей форме.
– Может, тебе взять пару дней выходных?
После этой фразы он посмотрел на неё удивлённо, почти укоризненно.
– Выходные? Серьёзно?
– Да, дело было тяжёлым, тебе бы не помешала передышка. Он снова надел очки, поправив их на переносице.