Сейчас, лежа на столе, он больше не казался таким. Глаза потускнели, кожа была слишком бледной, а трупные пятна чётко виднелись на теле.
Его было почти жаль, если бы не предшествующие этому события.
– Так что мы ищем? – спросила Валери.
– Ищем предмет в трах… как там её, в этой вашей трахее, – поперхнулся Марк, осознавая значение исковерканного слова.
Валери и Элла хохотнули, а Александр лишь слегка улыбнулся. Не зная, что капитана веселят такие шутки, девушка удивлённо посмотрела на него, а затем улыбнулась ещё шире.
– Эта наша трахея есть и у тебя, – произнесла патологоанатом, обнажая белые зубы. Улыбка всё ещё играла на её губах, растягивая красную цветастую помаду всё дальше.
– Ну, у нас есть много похожих органов, – задумчиво произнёс Марк, осматривая тело Виктора.
Валери привычным движением раскрыла рот умершего, проникая глубже щипцами. Нащупав препятствие, женщина провернула инструмент ещё раз.
– Что-то есть, – полушепотом прокомментировала Валери, словно боясь спугнуть находку.
Щипцы резко вылетели из ротовой полости, неся за собой синеватый мешочек. Его содержимое быстро оказалось на прохладной тумбе. Перебирая странный ворох засохших полевых цветов, руки в чёрных перчатках наконец выловили нужную находку.
– Ещё одна флешка, – тихо и слегка разочарованно произнесла Элла.
Глава 23. Прекрасная Елена
Капли дождя громко тарабанили по пластмассовому подоконнику, отвлекая Валери от собственных мыслей. Она крутила в руках загадочный артефакт, только что найденный в трупе. Голова гудела, упуская тысячи мыслей и концентрируясь только на образе того, кто мог стоять за этим подкладом. Женщина визуализировала, как Лекс, используя такие же щипцы, ловко проникает в трахею. Представляла, как он улыбается, наконец завершив свое дело. Было ли ему радостно в этот момент? Доставило ли удовольствие? И самое главное – зачем он это сделал?
– Нам нужно подключить ее, – Марк озвучил главную мысль всех присутствующих.
– Согласен. Но нужно обезопасить нашу систему от потенциальной угрозы, – ответил Александр, следя за тем, как патологоанатом крутит флешку в руках.
– Не дрейфь, начальник. Сейчас все по красоте сделаем, – улыбнулся Марк, слегка меняя тон голоса и добавляя странный акцент.
– Давай сюда эту кралю, – парень потянулся к флешке, принимая ее из пальцев Валери.
Забавный акцент, внезапно появившийся в речи Марка, только добавлял сумбурности ситуации. Это звучало неестественно в стенах морга, почти комично. От этого диссонанса Элла слегка поежилась, пытаясь отогнать ненужные сейчас размышления. Она и сама не заметила, как осталась стоять возле секционного стола один на один с Алексом.
– Все в порядке? – спросил мужчина, легко поглаживая девушку по спине.
– Да, просто странно, – ответила та с легким раздражением.
– Что странно?
– Все это, – Элла обвела пальцем разные стороны прохладной комнаты. Внутри себя она ощущала скопившееся в ней напряжение. Оно зудело, яростно переливало от раздражения к усталости, заставляя видеть во всем подвох.
Она почти злилась на капитана за то, что он не видит таких очевидных вещей.
Мужчина внимательно смотрел на нее, ожидая объяснений. Стараясь не нарушать ход ее мыслей, он контролировал дыхание, которое так громко звучало в тишине.
– Правильно тогда сказал Марк, Лекс будто связан со всем, с каждым делом. Это же не нормально, – воскликнула девушка, чуть отдаляясь от Алекса. – Лекс знает про старые засекреченные дела, в курсе того, где и какие совершаются преступления. Как он это все провернул? Кто он такой? Он ведь был обычным психотерапевтом.
– Если бы я знал ответы на эти вопросы, – задумчиво произнес Александр. – Но мы обязательно их найдем.
Он подошел ближе к Элле, снова потянувшись рукой к ее спине. На этот раз пальцы скользнули более ощутимо. Переходя поглаживаниями на талию, мужчина притянул девушку к себе и нежно поцеловал в висок.
– На флешке наверняка должно быть что-то важное.
– Ты прав.
Тихое покашливание послышалось в другой стороне комнаты. В той части, которая вела в кабинет Валери. Элла ощутила резкое напряжение в пальцах Алекса. Он плотно прижал руку к ее талии. Его лицо оставалось спокойным, но линия губ выдавала стиснутые зубы. Заметив отца, мужчина расслабился, и, легко скользнув по бордовой шелковой блузке, убрал руку в карман.
– Извиняюсь, что прерываю вас, – начал Владимир, – но мы кое-что нашли.
Тонкие нежные пальцы аккуратно перебирали струны арфы, сопровождая каждое движение новым словом, новой нотой. Музыка струилась приятными колебаниями, вызывая эмоциональный отклик. Девушка играла профессионально. Почти не смотря на свой инструмент, она словно проживала историю и, обрамив ее в музыкальное произведение, пыталась донести до людей.