«Орден Чистого Разума вручается сегодня Александру Ланцову за борьбу с угрозой общественному порядку».
Элла негромко ахнула, осознавая масштабы получаемой награды. Она открывала многие двери, в том числе и в министерство. И Александр это прекрасно знал. Но сейчас девушка не видела радости на его лице. Задумчивый и многозначительный взгляд мужчины в камеру словно был адресован лично ей. Он знал, что Элла смотрит. Знал, что она ждет его, сидя сейчас в его кабинете. Поэтому смотрел в камеру дольше, чем следовало бы.
Крупный план с награжденного сместился на Наоми Такацубо. Женщина уверенно вышла на сцену, подходя к микрофону. Она объявила о том, что лично вручает Александру награду от самого отдела преступлений – часы вечного сияния.
«Капитан Ланцов зарекомендовал себя как ответственный работник, отдающий все свое время Империуму. Вы – эталон преданности. Пусть каждая секунда напоминает, как ваша служба преображает мир».
Позолоченные часы с видимыми шестеренками и без циферблата аккуратно сомкнулись на руке капитана.
«Рассмотрю их поближе, когда Алекс приедет», – загорелась идеей девушка, так и не разглядевшая новый аксессуар на экране. «Часы без циферблата. Пусть каждая секунда напоминает о вашей службе". Но как можно видеть секунды, если их не видно? Или система намекает, что его время больше не принадлежит ему?»
Планы сменялись с переднего на задний, стараясь охватить большой зал присутствующих. Все как на подбор – важные чиновники, министры, начальники, капитаны. Ни одного простого служащего. Как Элла, как Марк, как Владимир.
Самым честным здесь казался Александр. Он холодно, почти скромно, реагировал на все поздравления, то и дело норовя скрыться от объектива камер после вручения награды.
Телефон Эллы внезапно завибрировал, отображая звонок.
– Все видела? – послышался с той стороны задорный голос Алекса. Несмотря на всю показательную холодность, он был действительно рад.
– Даа, ты молодец! – воскликнула девушка, подключаясь к камере.
Мужчина куда-то стремительно шел, стараясь обходить многочисленных посетителей мероприятия.
– Ты еще у меня? Я скоро приеду, – коротко бросил он, оглядываясь по сторонам. Голос стал чуть тише, капитан старался не привлекать внимания.
– Да, я все еще тут. Буду тебя ждать.
– Извини, что не взял тебя с собой.
– Да ладно, брось ты. Мне нельзя там быть.
– Кто сказал, что нельзя?
– Я же просто психиатр.
– Ты мой психиатр, – он сказал это твердо. Почти громко, будто нарочно.
Приятная волна окатила тело Эллы. Теплые ощущения расплывались внутри груди, тянулись к животу. Быть «его психиатром» казалось ей очень будоражащим.
– Значит, в следующий раз еду с тобой.
Капитан удовлетворенно улыбнулся.
***
– Уже тридцать минут жду тебя, сколько можно опаздывать? – она разъяренно бросилась в его объятия, выпалив эту фразу на ходу.
– Брось, самолет задержался, – Алекс крепко обнял Эллу, проговаривая последнее слово в ее макушку.
– Такой крутой, на самолете летаешь, – рассмеялась девушка, плотнее сжимая руки на его шее.
– Да, и не говори, – мужчина улыбнулся, пытаясь скрыть хмурый вид за маской веселья.
– Ну, показывай свои награды, – звонко произнесла Элла, высвобождаясь из объятий Александра.
Заметив на его лице странную смену настроения, она пристально посмотрела капитану в глаза.
– Что-то случилось?
– Да, – резко и отрывисто ответил тот. – Мать написала.
Он оперся на краешек стола, вжимаясь в него руками.
– Мать? Но я думала…
– Я тоже думал, – оборвал ее Алекс. – Но она вернулась, хочет встречи.
– И ты пойдешь? – обеспокоенно спросила Элла.
Мужчина лишь пожал плечами.
– Надо бы.
– Надо или хочешь?
Алекс тяжело вздохнул, бросая на Эллу тень своего колкого взгляда.
– Элла, я не знаю. Все сложно.
– Могу сходить с тобой.
Мужчина нервно хохотнул и повернулся к окну.
– Так будет еще хуже и сложнее.
– Я понимаю, у вас какая-то долгая и непростая история, но присутствие третьего лица могло бы вам помочь.
– Эл, это не семейная психотерапия. И она точно тут не поможет.
Теперь уже девушка тяжело вздохнула. Подойдя сзади к мужчине, она обвила его торс длинными руками и прижалась щекой к спине.