- Молю Господа, чтобы мы не опоздали на битву!
- Моли Святого Георгия, чтобы битвы не было, - отозвался Томас.
- Мы должны их разбить! - бодро заявил Раймер, и Томас вспомнил Креси, кровь на траве и стоны в ночи после битвы. Он промолчал, его мысли унеслись к Святому Жуньену.
Томас чувствовал, что они где-то неподалеку от аббатства, где захоронен святой, хотя это было предположение, вдохновленное скорее надеждой, чем фактами.
Местность менялась: холмы становились ниже и круглей, реки - шире и спокойнее, листва быстрее меняла цвет.
Всякий раз, натыкаясь на деревню или путешественника, он спрашивал направление, но обычно люди знали только как добраться до следующей деревни или, возможно, города, о котором Томас никогда не слышал, и потому он просто продолжал ехать на север.
- Мы пытаемся добраться до Пуатье? - спросил сир Роланд на шестой день.
- Мне сказали, что принц может быть там, - ответил Томас, но это предположил сир Анри, а поскольку сир Анри знал не больше Томаса, то это в лучшем случае было смутным направлением.
- Или ты едешь туда, поскольку это около Нуайе?
- Нуайе?
- Там покоится Святой Жуньен.
- Ты бывал там?
- Только слышал, - покачал головой Роланд, - ты туда направляешься?
- Если по пути.
- Потому что тебе нужна Злоба? - спросил Роланд почти обвиняюще.
- А она существует?
- Как я слышал, да.
- Кардинал Бессьер верит в это, - сказал Томас, - и черные доминиканцы, должно быть, тоже, а мой сеньор приказал мне найти её.
- Чтобы он мог использовать её в борьбе против Франции? - возмущенно спросил Роланд. Может, он и присоединился к эллекенам и готов был сражаться против армии короля Иоанна, но только ради Бертийи.
В глубине души он все еще был предан Франции, а это означало, что он поступает так ради Бертийи, только ради Бертийи, потому что она попросила его это сделать, а он выполнял все ее просьбы.
Он повернулся в седле и посмотрел на нее. Она ехала с Женевьевой. Томас хотел, чтобы ни одна из них не поехала на север, но Бертийя настояла, и было невозможно отказать ей, когда жены стольких лучников и латников ехали с ними верхом.
Где-то на севере послышался раскат грома.
- Тебя беспокоит, что я найду Злобу?
- Я бы не хотел, чтобы этот меч оказался в руках врагов Франции.
- Ты бы хотел, чтобы им владела церковь?
- Он должен принадлежать ей, - ответил Роланд, но неуверенно из-за воспоминаний об отце Маршане.
- Позволь поведать тебе историю, - предложил Томас. - Ты слыхал о Семи темных рыцарях?
- Они были избраны охранять сокровища катарских еретиков, - с неодобрением сказал Роланд.
Томас счел, что мудрее утаить, что он происходит от одного из этих темных рыцарей.
- Говорят, что они владели Святым Граалем, - вместо этого сказал он, - и я слышал, они спасли его из Монсегюра и спрятали, и не так давно другие люди отправились на его поиски.
- И я слышал то же самое.
- Но чего ты не слышал, так это того, что один из них нашел его.
- Слухи, - пренебрежительно произнес сир Роланд и перекрестился.
- Клянусь кровью Христовой, - сказал Томас, - что Грааль был найден, хотя человек, который нашел его, иногда сомневался в том, что именно он нашел.
Роланд на несколько секунд уставился на Томаса, затем увидел, что Томас говорит искренне.
- Но если он был найден, - поспешно сказал он, - почему не заключен в золотую раку, не установлен на алтарь и ему не поклоняются паломники?
- Потому что, - мрачно отозвался Томас, - человек, который нашел Грааль, спрятал его снова. Спрятал там, где его не найдут. Спрятал на дне океана. Вернул обратно Богу, потому что людям его доверить нельзя.
- В самом деле?
- Клянусь, - сказал Томас, вспоминая тот миг, когда швырнул глиняную чашу в серые морские воды и увидел всплеск, и ему показалось, что мир вдруг притих, когда Грааль исчез, лишь через несколько мгновений он услышал шум волн и гальки, которую они тащат в океан, и жалобные крики чаек. Сами небеса, подумал он, затаили дыхание. - Клянусь тебе, - повторил он.
- А если ты найдешь Злобу, - начал Роланд, но запнулся.
- Я верну ее Богу, - произнес Томас, - потому что людям нельзя ее доверить, - он помедлил, а потом взглянул на Роланда. - Так что да, - добавил он, - мне нужна Злоба, даже если лишь для того, чтобы ее не нашел кардинал Бессьер.
Где-то далеко на севере затрещал гром. Дождя не было, лишь темные тучи, и эллекены скакали в их сторону.