Его пальцы потянулись к ремню, медленно расстёгивая его, затем спустились ниже, освобождая напряжённый орган. Я зажмурилась, паника сжала грудь. Я дёрнулась, пытаясь вырваться, но его хватка была железной. Одна рука перехватила мои запястья, прижав их к подушке, другая скользнула по моему бедру.
Дэймон резко наклонился, жадно захватывая мои губы. Его поцелуй был агрессивным, требовательным, напористым. Горячий язык вторгся в мой рот, подчиняя меня своей воле. Я пыталась сопротивляться, но это лишь раззадоривало его. Он отстранился, глядя на меня потемневшими от желания глазами.
— Ты даже не представляешь, что тебя ждёт…
Он устроился между моих ног, нацелился и с хищной резкостью вошел во влагалище, вырвав из моей груди оглушительный крик. Крик отчаяния, такой громкий, что, казалось, каждый слуга в поместье должен был его услышать. Боль была нестерпимой.
— Боже… — прохрипела я, — Пожалуйста, остановись!
Но в ответ лишь холодная, торжествующая улыбка Дэймона, застывшая на его лице, пока он стирал мои слезы.
— Успокойся, куколка. Это всего лишь секс.
Еще один безжалостный толчок, и новый крик сорвался с моих губ. Его грубость не знала границ. Я отчаянно извивалась, но каждое движение лишь прибавляло усталости, лишая последних сил. И снова удар. Жестокий, рваный. Снова и снова, пока крик не превратился в бессильный стон.
— Нет! Прошу… Дэймон! Мне больно! — рыдала я, но в ответ получила лишь оглушительную пощечину.
— Заткнись, сука! — взревел он и продолжил терзать меня, словно я дешевая шлюха.
Острая боль от удара по лицу померкла перед той адской мукой, что разрывала меня изнутри. Я хватала ртом воздух, впивалась ногтями в его спину, но мои мольбы тонули в его ярости. В конечном итоге я сдалась. Просто смотрела в потолок, погружаясь в оцепенение. Он продолжал свое грязное дело, но мое тело, казалось, онемело. Боль отступила, оставив лишь пустоту.
Сознание ускользало, оставляя меня один на один с бездной отчаяния. Я больше не чувствовала ни боли, ни страха, лишь леденящую пустоту внутри. Дэймон продолжал свои бешеные толчки, его лицо исказилось от похоти и злобы. Он казался одержимым, словно демон вселился в его тело.
В какой-то момент я заметила, что слезы высохли, а взгляд застыл, направленный в никуда. Я превратилась в пустую оболочку, лишенную чувств и эмоций. Он мог делать со мной все, что угодно, но это больше не имело значения. Я словно покинула свое тело, наблюдая за происходящим со стороны.
— Да, детка, ты просто огонь! — хрипло выдохнул он, ускоряя темп. Громкий стон сорвался с его губ, и спустя мгновение он резко замедлился, тяжело дыша. Его тело напряглось в последний раз, а затем он с силой рухнул рядом, полностью удовлетворённый.
Он использовал меня как куклу. Взял, что хотел. Просто лишил меня невинности.
Дэймон молча поднялся с кровати, натянул брюки и, даже не взглянув в мою сторону, вышел. Я осталась лежать, неподвижно уставившись в потолок. Голая. Опустошённая. Изнасилованная.
Я всё ещё пыталась понять, что произошло. Почему он так поступил? Зачем?
Горячие слёзы потекли по щекам.
Что я скажу родителям? Что скажу всем? Смогу ли я вообще выбраться отсюда живой?
Через какое-то время Дэймон вернулся. Его волосы были мокрыми, капли воды стекали по обнажённому торсу. Он принял душ.
Я не шевельнулась. Тело болело, между ног пульсировала тупая боль.
Дэймон подошёл ко мне, присел на край кровати. Осторожно провёл рукой по моему лбу, словно с заботой, и наклонился, чтобы поцеловать.
— Послушай. Я скажу прямо. Я плохой человек, но умею отвечать за свои поступки. Да, я изнасиловал тебя, но… за это ты получишь щедрую награду.
Моё тело застыло, но внутри всё кипело от ярости. Не думая, что делаю, я резко плюнула ему в лицо.
— Да пошёл ты!
Его глаза сверкнули холодной яростью. Он медленно вытер лицо, а затем резко схватил меня за волосы.
— Ах ты, чертова сука!
Рывок — и я сорвалась с кровати, больно ударившись о пол. Он потащил меня за волосы по комнате, игнорируя мои крики. Голая, униженная, с ноющей болью между ног и кровью на бёдрах, я тщетно пыталась вырваться.
— Да кто ты такая, чтобы перечить мне?!
Я закричала от боли, из глаз хлынули слёзы. Я пыталась ухватиться за его руки, ослабить хватку, но он только сильнее сжал пальцы. Волоча меня, он вышел в коридор и дотащил до ванной.
Внезапно он разжал пальцы, и я рухнула на холодный кафель. В груди судорожно бился рваный всхлип, тело дрожало. Я свернулась калачиком, обхватив себя руками, пытаясь хоть как-то спрятаться.