— Останови машину, — крикнула я.
Дэймон не отреагировал. Он смотрел на меня с прищуром.
Я с силой вцепилась в его руку, ногти впились в кожу.
— Останови! — вырвалось из меня сдавленным криком.
Дэймон тихо выругался, но кивнул водителю.
— Останови машину, — бросил он холодно.
Автомобиль резко дернулся в сторону обочины, колеса взвизгнули, а затем машина встала. Я почти вывалилась наружу, судорожно распахнув дверцу и побежав прочь от дороги.
Холодный воздух резанул легкие, но это не остановило меня. Я бежала, пока ноги не подкосились, пока не оказалась среди темных деревьев, скрытых тенью ночи. Желудок сжался в тугой узел, и меня вывернуло. Вода, которую я пила недавно, хлынула наружу, обжигая горло.
Руки дрожали, пальцы вцепились в влажную землю, а по щекам катились горячие слезы. Я зажмурилась, пытаясь хоть как-то прийти в себя, но тело продолжало трясти.
Позади послышались тяжелые шаги. Я не оборачивалась — знала, что это Дэймон.
Я кашляла снова и снова пытаясь привести дыхание в порядок.
Шаги приближались, и я сжалась, не зная, чего ждать. Дэймон не был человеком, который позволил бы мне просто убежать, но сейчас я не могла думать о нем. Я пыталась отдышаться, вытереть дрожащими пальцами влажные щеки, но новые слезы только наполняли глаза.
— Что с тобой? — раздался его голос у меня за спиной. — Тебя укачивает в машине?
— Обычно нет, — я слабо покачала головой. — Но сегодня… да.
— Ты голодна? — его тон был спокойным.
Я с трудом поднялась на ноги, глубоко вдохнула и посмотрела ему в глаза. В темноте они казались ещё глубже, а свет фар лишь частично освещал его силуэт.
— Нет, — соврала я.
Дэймон усмехнулся, склонив голову на бок.
— Перестань вредничать. Еще минуту назад ты наслаждалась.
— Хватит! — сорвалось с моих губ. Я больше не могла сдерживаться. — Я так больше не могу!
— Что не можешь? Наслаждаться? — Он небрежно засунул руки в карманы брюк, продолжая наблюдать за мной с явным интересом.
— Я хочу домой, — прошептала я, вытирая губы тыльной стороной ладони.
— Скоро поедем.
— Нет! К себе! К своим родителям!
— Мы с тобой это уже обсуждали.
Внутри всё кипело, но я знала, что бессмысленно спорить. Поэтому просто прошла мимо него, не оглядываясь, выбежала на трассу и села в машину.
Через минуту рядом со мной оказался Дэймон, и мы молча тронулись с места.
Всю дорогу мы ехали молча. Когда подъехали к особняку, ворота медленно разошлись в стороны, пропуская нас внутрь. Машина плавно въехала во двор и остановилась. Охранник открыл мне дверь, но прежде чем я успела выйти, Дэймон заговорил:
— Поешь. Лола, возможно, что-то приготовила для тебя. Я приду завтра, и ты должна быть в том белье, что я купил. В прозрачном. И чтобы больше на тебе ничего не было. Поняла?
Я молча кивнула и вышла из машины. Автомобиль тронулся с места и вскоре исчез за воротами.
Странно. Он здесь не ночует? Где же он бывает? Неужели у него есть ещё один дом? Хотя… это неудивительно.
Я глубоко вздохнула и вошла в особняк. Голод давал о себе знать, поэтому я сразу направилась на кухню. Как и ожидалось, стол уже был накрыт.
Я сразу присела за стол, и надеялась что еда меня успокоит.
Я взяла вилку, посмотрела на тарелку перед собой и почувствовала, как внутри всё сжалось. Еда выглядела аппетитно — ароматный стейк, свежие овощи, румяный хлеб, но стоило мне вдохнуть запах, как желудок сжался в тугой узел.
Я сделала неуверенный глоток воды, пытаясь подавить неприятное ощущение, но оно только усилилось. В горле встал ком, а в груди поселилось тяжёлое, давящее чувство. Я попыталась откусить кусочек, но едва прожевала — вкус, который обычно приносил удовольствие, теперь казался пресным, безжизненным.
Ложка выскользнула из моих пальцев и с тихим стуком упала на тарелку. Я закрыла глаза, стиснув зубы. Аппетит исчез, оставив после себя лишь пустоту.
Почему мне так плохо? От усталости? От страха? От понимания того, что я больше не контролирую свою жизнь?
Я резко встала из-за стола, оттолкнув стул. В комнате стало душно, воздух казался тяжёлым, пропитанным чужой властью и ожиданиями, которым я не хотела соответствовать.
Неужели я действительно принадлежу ему?