Щетина придавала его облику ещё больше мужественности.
Меня охватила странная дрожь, и я невольно отступила назад.
Его молчаливый, пристальный взгляд скользнул по моему телу.
Я почувствовала, как ткань промокшего платья липнет к коже, подчёркивая каждую линию.
Стыд обжёг меня, и я поспешно одёрнула подол вниз, но это не изменило его взгляда.
Мне стало невыносимо неловко.
А он всё смотрел.
Молча.
Выжидающе.
Он провел большим пальцем по своей губе не оторвав взгляд от моего тела.
Я испугалась.
Мне было страшно, но набралась смелости задать вопрос:
— Извините, у меня сломалась машина на дороге. Не могли бы вы мне помочь?
Но в ответ — тишина.
Он просто смотрел на меня, словно оценивая товар на базаре.
В его взгляде скользнуло что-то странное…
Что-то, отчего внутри у меня всё похолодело.
Мама рассказывала мне о таких людях в детстве.
Маньяки.
Я сжала пальцы и, не дождавшись ответа, пробормотала:
— Извините, я лучше пойду.
Развернулась, чтобы уйти, но его голос остановил меня.
Грубый. Низкий.
— Постой.
Я замерла.
— Где твоя машина?
Я обернулась, встретившись с его тёмным, цепким взглядом.
— Пару миль отсюда.
Он кивнул, словно обдумывая.
— Погода дрянь. В такую даже на шаг не выйдешь. Так что заходи в дом.
Я напряглась.
— Здесь никого нет, девочка. Ты загородом.
Я огляделась.
Он не врал.
Ни единого дома, ни одного фонаря вдалеке.
Просто бескрайняя темнота, лес, и одинокий особняк посреди дождя.
Никто не знал, что я еду домой.
Родителям я сказала, что приеду только через месяц.
— Ты вся промокла, — продолжил он, равнодушно окинув меня взглядом. — Если останешься снаружи, простудишься.
Я прикусила губу.
— В доме… нет женщин?
Он усмехнулся.
— Серьёзно? — его голос стал чуть насмешливым. — Посмотри на меня, девочка. Я похож на того, кто живёт с женщинами?
Я сглотнула, не зная, что ответить.
— Я здесь один, — продолжил он. — И если думаешь, что я маньяк, можешь проваливать. Я тебя не держу.
Он чуть прищурился, словно выжидая, что я сделаю дальше.
— Но если у тебя хоть капля мозгов есть, ты зайдёшь внутрь. Переждёшь дождь. А потом уже подумаем, что делать с твоей машиной.
Я замерла, разрываясь между страхом и здравым смыслом. Его слова звучали разумно, но в его взгляде было что-то, что заставляло мои инстинкты кричать: "Беги". Дождь усиливался, ветер бросал холодные капли в лицо, и дрожь по телу становилась невыносимой.
— Хорошо, — наконец выдавила я, решив, что укрыться от дождя — лучшее решение. Но внутри я была готова в любой момент выскочить из дома, если почувствую опасность.
Он посторонился, открывая дверь шире. Я переступила порог и оказалась в просторном холле, освещённом мягким светом нескольких ламп. Потолки были высокими, пол — деревянным, а в воздухе витал лёгкий аромат древесины и дыма.
— Снимай обувь, не надо тащить грязь в дом, — буркнул он, проходя внутрь и не оборачиваясь.
Я, слегка замешкавшись, стянула мокрые ботинки и оставила их у входа. Пол был холодным под босыми ногами, но в помещении было куда теплее, чем снаружи. Мужчина жестом указал мне следовать за ним, и я, осторожно ступая, пошла следом.
Мы прошли в гостиную — просторную, но немного мрачную из-за тяжёлых штор на окнах. В центре комнаты горел камин, тепло от которого сразу согрело меня. Мужчина подошёл к барной стойке в углу комнаты, достал бутылку виски и наполнил стакан.
— Садись, — сказал он, махнув рукой на широкий кожаный диван возле камина.
Я нерешительно опустилась на край дивана, стараясь не испачкать его своей мокрой одеждой. Он, казалось, заметил это и хмыкнул.
— Расслабься. У меня есть деньги, чтобы купить новый диван, если что.
Его слова прозвучали с какой-то странной усмешкой, и я почувствовала, как мой дискомфорт только усилился.
— Спасибо, — пробормотала я, всё ещё дрожа.
Он сел напротив, положив один локоть на подлокотник кресла, и, глядя на меня через край стакана, спросил:
— Как тебя зовут?
— Элинор, — ответила я, стараясь не встречаться с ним взглядом.
— Элинор, — повторил он, будто пробуя моё имя на вкус. — А я — Деймон.
Я кивнула, не зная, что сказать. Молчание повисло в комнате, и единственным звуком оставался треск поленьев в камине.
— Тебе нужно что-то тёплое. У меня есть одежда, можешь переодеться, — неожиданно предложил он.
Я замерла, не зная, как на это реагировать. С одной стороны, идея сменить мокрое платье на что-то сухое была заманчивой, но с другой — мысль надеть его вещи казалась странной.
— Спасибо, но… я в порядке, — попыталась вежливо отказаться.