Краткая инструкция для еще не отопленных киевлян по ускорению подачи тепла в квартиру.
Понадобится:
1. Двое киевлян.
2. Стационарный телефон.
Шаг 1.
Киевлянин 1 звонит в местный ЖЭК, ответственный за подачу тепла. Далее примерный разговор:
Секретарша: Алло!
Киевлянин 1: Здравствуйте, девушка! Жильцы дома ХХ по улице ХХХ беспокоят. Вы вообще собираетесь топить или как? А то мы тут решили звонить непосредственно в штаб Кличко и говорить, что проголосуем за Березу, если сегодня отопление не включат.
Секретарша: А шо вы меня пугаете? Мне ваш Кличко до лампочки! Звоните, куда хотите! Проводятся работы! Продувка идет! Сегодня тока тринадцатое! Если вам шото не нравится — эмигрируйте в Америку, ты гля!
Киевлянин 1: Понятно.
Кладет трубку.
10 минут паузы.
Шаг 2.
Киевлянин 2 звонит в местный ЖЭК. Далее примерный разговор.
Секретарша: Алло!
Киевлянин 2: Доброго дня! Вас турбують зі штабу Віталія Володимировича Кличка. Нам потрібна інформація по будинку ХХ, вулиця ХХХ. Скажіть, там уже увімкнули опалення?
Секретарша: Та не, но идет продувка, я могу вас перевести до начальника…
Киевлянин 2: Не треба, дякую. (В сторону) Катя, підтвердилося. Дзвони Стельмаху, хай запускають.
Кладет трубку.
К вечеру батареи начинают журчать. В других городах необходимо подставить соответствующие фамилии и имена (кроме «Катя» и «Стельмах»).
Не благодарите.
После 2014-го, когда оказалось, что у России нет сил для решающего рывка, а наша родная, украинская вата, до сих пор верящая в то, что «в России жизнь лучше», оказалась слишком инертной для того, чтобы массово выйти на улицы и кровью поддержать создание Днепропетровских, Одесских и Харьковских народных республик, установилось, как принято писать, «шаткое равновесие».
Россия не в состоянии нас завоевать — мы пока не можем силой освободить свои земли. «Снова замерло все до рассвета».
Ситуация, может быть, и патовая, но все-таки у нас есть преимущество.
Время. Время работает на нас.
Экономика Украины, израненная не столько даже войной, сколько наследием четверти века воровства, и главное, пораженная тем, что невозможно исправить в одночасье, — складом ума большинства населения, выросшего и возмужавшего при «кучмономике» и не знающего иных законов существования и мироустройства, кроме бизнеса и государственной машины как системы взяток и откатов — с одной стороны — и социального попрошайничества, пенсионерской инфантильности и ожидания возможности урвать как можно больший кусок субсидий и низких цен — с другой.
Однако, сравнивая Россию и нас, легко заметить одну вещь: теперь мы движемся в противоположных направлениях.
Небыстро, но мы понемногу избавляемся от ужасного груза — мышления советских и постсоветских единиц. Наша экономика показывает слабый, но все-таки рост. Реформы идут. Конечно, не так стремительно, как хотелось и виделось нам на Майдане. Но не надо недооценивать колоссальную силу сопротивления реформам — от озлобленных старух, одетых «бедно, но чистенько», до яростных ультранацистов, верящих в превосходство одних над другими по данным произношения. Все они, в силу ума и воспитания, хотели бы заменить вороватого Януковича на нашего, украинского Путина — сильного, уверенного в себе, одной рукой нещадно карающего внутренних врагов, от Ахметова до Оксаны Марченко, а другой — щедро отсыпающего благодать правоверным: старушкам бесплатный корвалол и операции от катаракты, а ультранацистам — запрет на русский язык и повешенье кассирш, считающих мелочь по-русски.
То, что время работает на нас, и нам, в отличие от России, выгодно пока сохранять существующее положение вещей — имея в виду возврат оккупированных территорий в будущем, когда разрыв между нашими возможностями и возможностями стагнирующей сейчас России станет очевиден, — все заметнее хотя бы потому, что не проходит дня, чтобы в длинном ряду разных и, казалось бы, никак не связанных между собою людей, от Пинчука до Надежды Бабкиной, не выступал бы кто-то с призывом примириться с потерей наших территорий и начать жизнь с новой точки отсчета — Украина в новых, усеченных границах.
Сторонников этой блестящей идеи в Украине, заботами Кремля, хватает, и это не только Мочанов или Надя Савченко. Тысячи мнений: «зачем нам эта гангрена?», «они только тянут назад», «их все равно не исправить» — высказываются ежедневно. Чем ощутимее наши успехи, тем сильнее эти голоса, и их нам предстоит услышать еще немало, чем дальше, тем истеричнее. Задействованы будут не только интернет-сети, американские и европейские газеты, но и, скорее всего, трибуна ООН и речи президентов не последних держав мира.