В наличии — два круга сыра, десяток палок колбасы и алюминиевый поднос с какой-то комковатой желтой слизью. Внутренний Шерлок Холмс соображает, что это когда-то было масло (позже узнал, что оно там еще с мая). Наверное, этот поднос специально не моют, чтобы отбивать аппетит у таких воришек, как я. И это, я вам скажу, таки работает!
На базе и в окрестностях было много сотен военных, потому 2 раза в неделю на армейский продуктовый склад в соседнем городе ездил наш грузовик. Полдня таскать тяжелые ящики с тушенкой — удовольствие сомнительное. Но в первые дни всем было интересно увидеть жизнь обычного атошного города, потому желающих было много.
Я потом спрашиваю:
— Ну, что там?
— Та нічого… Баб хоч побачили!
Шутил, что украинский секс-турист — самый непритязательный: ему достаточно лишь издалека посмотреть!
А как-то вечером, на построении, капитан говорит старшинам:
— Что-то давно свежего мяса не было! Младенцев не завезли?
— Не… Сказали, надо сепара поймать, привезти на разделку.
— Та они все вонючие… Якорнова лучше возьмите!
Мозг понимает, что шутят, а язык пытается выдать: «Эээ, я тоже вонючий!»
Позвонил коханой супруге, сказал, что завтра меня отправляют на мясо. Она посмеялась и сказала: «Давно пора!»
Назвал эту первую поездку в город — «50 оттенков серого». Серым было все внутри кузова КамАЗа. Слегка этому удивился, ведь обычный армейский цвет — зеленый. После получасовой поездки на скорости 80–100 км/час ящики и лавочки-таки оказались зелеными, а вот моя форма стала серой (а на попе — отблескивающей, как зеркало).
Кристиану Грею было бы достаточно денек повозить Анастейшу в кузове того КамАЗа, и мысли о сопротивлении навсегда покинули бы ее голову (вместе со всеми остальными мыслями).
Кроме того, серыми были блокпосты на дорогах, сделанные из десятков бетонных блоков и треугольников. По идее, их размещали на дороге, чтобы машины не смогли проехать на большой скорости. Но наш КамАЗ практически не тормозил, только колеса отрывались от земли. Шутил, что блоки тоже стали «сабмиссивами» и послушно отползали в сторону после красного гудка вверх.
Серыми были пятиэтажки с проломанными, обрушенными крышами, бесконечные заборы воинской части, с редкими круглыми дырами от снарядов, — и тут уже стало не до шуток…
Приехали к армейским складам — прямо в зеленоватую черешню. Старшина оставил кулечек и пошел к начпродам с документами. Спелую черешню ел сам, зеленоватую складывал в кулечек для начальства. Подумал: «Надо бы ночью на дверь капитана повесить объявление: „Спонсор вашего поноса — старшина!“»
Жарко, разделся до футболки-тельняшки. Снизу подошли двое в гражданском:
— О, еще один, сын лейтенанта Шмидта! Герой АТО! Слезай давай, медики тебя оформят на 14 дней в карантин с дизентерией!
Я на штатских не реагирую (у меня же приказ начальства!), коплю косточки — не бросать же их по лысинам? Еще промажу, не попаду! Лучше полной горстью!
Но тут подходит наш старшина, покорно поддакивает гражданским, говорит: «Как раз в больничку едем! Слезай, обезьяна!»
Залезаем в кабину. Меня вполне дружелюбно поучают: не умею сливаться с ландшафтом, на дереве очень шумлю («фырчишь-пердишь, как стадо зеброслонов полосатых»). Я машинально отвечаю, что это тавтология: если зеброслоны, то и так полосатые. Не нужно говорить «полосатые» про зеброслонов, это как…
Не смог договорить — чуть не снесло матерной волной. Очень много экспериментальной генетики, смелых половых мутаций, а из осмысленных требований — майку срочно снять и засунуть в жопу. Смеюсь, спрашиваю: что за спешка и нельзя ли выбрать более подходящее место. Из гораздо более мощного вала ругани улавливаю: то были вовсе не гражданские, лучше им на глаза не попадаться, иначе зеброслонов будет два, а по засовыванию майки в жопу мы будем сдавать нормативы.
Идем, наконец, за мясом, оба в пиксельке (не скажу, что стало с футболкой). При входе на склад-холодильник плакат: корова и подпись «Говядина», хрюшка и подпись «Свинина», человек и подпись «Скотина». Внутри довольно чисто и аккуратно, туши достают из холодильника, и они не выглядят древними (маркировок «…68» нет, как на говядине, снятой в Гончаровском).
Нам выдали по 40 кг свинины и говядины. В городе мы сделали 2 остановки по 10 минут. Сколько мяса доехало до базы и как старшина купил новый «ламборджини»?
Да шутка это, конечно! Я сам сидел на тех тюках с мясом, иначе они поскакали бы по кузову, как живые, с нашим-то шумахером. Ну, не совсем сидел… Скорее, мы втроем выполняли разные акробатические этюды среди рейв-дискотеки мешков, ящиков и сеток продуктов.