— Любишь Вадима?
— Нет. Просто хорошо отношусь. Симпатичен вроде бы. А ты не приставай ко мне, даже если и не люблю его.
— Ты со мной поехала в ночь. Как мне еще развлекаться?
— Я пешком домой пойду.
— Пешком не надо. Я обещал Вадиму тебя привезти к нему, — выдал волонтер и осекся.
Инна заподозрила неладное, но решила для себя, что проанализирует это в более спокойной обстановке.
Их приезд был встречен радостно и бурно. Вадим-боец кружил ее на руках. Загорелый, чуть исхудавший, но вдохновленный — он ей определенно нравился. Днем они долго сидели на лавочке под палаткой. Разговаривали, впервые поцеловались… Под покровом ночи звезды освещали их тела. Ей казалось, что она узнала его иначе и, в совсем другого человека, — влюбилась.
Воскресенье наступило мгновенно. С обеда Вадим-волонтер начал собираться и немного угрюмо косился в сторону Инны и Вадима-бойца.
Инна решила сорвать в дорогу маков и ромашек, которые буйно цвели у палаток. Вдалеке увидела обоих Вадимов. Волонтер передавал бойцу деньги. Она подобралась поближе.
Грубые шутки, обрывки фраз:
— А она с гонором деваха…
— Я четыре года ее уговаривал!
— Ну, тебе дала той ночью, а мне даст этой! Спорим опять?!
— А как я тебе поверю?
— Я ее голой втихаря сфотографирую и тебе вышлю.
Обратно Инна ехала в какой-то прострации. Вадим-волонтер пытался ее разговорить, на остановках приставал, на что она достала газовый баллончик и спокойно сказала:
— Только тронь — глаза забрызгаю, сама сяду за руль и уеду. А тебя тут оставлю. Только тронь!!! Ты меня, сука, понял? Вадим не понимал, почему она такая злая, но то, что она долго была неприступна для Вадима-бойца, — многое объясняло.
«Эх, второй раз проиграл… сука Вадим… знал же…» — думал волонтер.
Светало, когда Инна влетела в квартиру. Эмоции, прикосновения, длинные разговоры, боль, смех, чувства, страсть, злость… все перепуталось… И только жилкой билось в голове: «Поспорили»!
Душ не мог смыть с души мерзкие чувства. Но понемногу тушил жар, и ледяные струи казались уже чуточку теплее… не такими обжигающими.
Ей очень тяжело было доверять мужчинам. Но она вновь поверила и вновь обожглась…
Как теперь жить с замкнутой дверью в душе? Кому верить, во что верить, да и зачем?
Как здорово иногда перебирать «ништячковые полки».
Там всегда набросано много разного хлама: ручки, крючочки, степлеры, бумажки всякие, счета, камни с моря, скотч и куча монет из разных стран, заколки, лекарства, стикеры с сахаром…
Все это выбросить вроде бы рука не поднимается — а вдруг пригодится?
Однажды он потерял маленький клочок бумаги с крайне важным номером. Но судьба все равно решила воплотить задумку.
Денис перебирал ящик, хаотично отгребая рукой бумажки в поиске нужной визитки. Отлетали в сторону старые счета, записочки с неизвестными номерами телефонов, и вдруг — он застыл. Взял в руки маленькую записку с дрожащим почерком:
«Денис Резниченко, 42-й бат, разведотряд, снайпер — тактические перчатки (М — 2 шт, L — 3 шт, XL — 4 шт) — каски (9, но сколько есть) — целокс (кровоостанавливающее — сколько есть) — жгуты (9, но сколько есть, CAT) — носки, термобелье — лекарства от гриппа».
И его номер телефона в конце да маленький рисуночек — цветочек в виде тюльпана… крохотный.
В голове начали всплывать воспоминания: война, призыв, ее голос, прорывающийся среди снарядов, сообщения, фото в Фейсбуке… Запах ее волос, первые объятия… и первый их взрослый разговор…
В школьном дворе уже давно эхом по углам и закоулкам пролетел звонок. Учитель заболел, и два класса свели вместе на один урок. Шум был слышен даже сквозь закрытые двери. Учителя на замену еще не нашли, и 60 учеников в замкнутом пространстве буквально сносили крышу на четвертом этаже школы. Денис уже пять минут стоял в коридоре и наблюдал за школьным двором с высоты.
В никогда не закрывающиеся серые школьные двери забегали опоздавшие ученики. Одна девочка в синей курточке и смешной шапке с большим бубоном шла быстро-быстро, забавно футболя коленями пакет со сменной обувью. Перед самой лестницей у входа пакет не выдержал: на мокрый, с островками снега, асфальт вывалились черные туфли-лодочки. Девочка с бубоном смущенно остановилась, задрала голову вверх, мысленно с кем-то разговаривая и возмущаясь, быстро наклонилась, собрала туфли, взлетела по лестнице и рванула двери на себя.