Все отличалось, если в начале мне показалось, что сейчас осень, то теперь я была в этом абсолютно уверена. Видимо, так сказалось резкое изменение погоды. Никогда не видела осенний пейзаж в июле… Да уж, бывает и такое, значит. Подъезжая к моему домику, я указывала Вике направление, но все выглядело так, как будто в доме давно никто не живет. Не было грядок, которые я полола всего неделю назад, не было входного коврика, купленного на рынке.
— Вик, останься ненадолго, пожалуйста, с домом что-то не так.
— Взломал кто? Если ты подозреваешь, что там кто-то есть, лучше набрать ребят.
— Я не уверена, дом выглядит так, как будто я и не жила здесь вовсе.
— Я наберу Никите, пойдем-ка лучше в машину.
Меня затрясло, Вика сдала назад, чтобы машину было не видно. Через час приехали ребята, Вадим был с ними, видимо, ему стало лучше. Ребята первыми пошли в дом, но к всеобщему удивлению там никого не оказалось.
— Но ведь здесь все было по-другому, не понимаю.
— Послушайте, мне пора в город, — Вика и правда сильно задержалась.
— Я пока останусь здесь, Никита, Дима, езжайте с Викой, все-таки неудачный у нас получился уикенд.
— Вадь, ты маякни, если что, — Дима выглядел серьезно. — Ну все, давайте прощаться что ли тогда.
Ребята пожали руки, мы с Викой обнялись, Никите и Диме я просто помахала. Их машина свернула на дорогу, и я с Вадимом осталась вдвоем.
— Ребята сказали, ты обработала мою рану, спасибо, — он подошел ближе и продолжил чуть тише: — Надь, все нормально? Дом и правда выглядит заброшенным.
— Я не понимаю, слишком много странностей. Я как будто сплю.
— Пойдем все проверим вместе, становится прохладнее.
— Давай, только ты первый.
В доме было темно, электричество перед отъездом я отключала, поэтому нужно было добраться до щитка.
— Держи телефон, в нем есть фонарь.
Я взяла телефон Вадима, но включить фонарь не успела, на главном экране над временем было написано: “12 октября”. Я замерла, вчитываясь в надпись.
— Там просто зажми, и фонарь включится, — Вадим приблизился.
— Послушай, возможно, прозвучит странно, но какой сейчас месяц?
— И правда странные вопросы, так октябрь же, шестнадцатое вроде.
— Понимаешь ли, в чем странность, я совершенно точно была в июле, не могла же я столько спать, — я нервно усмехнулась и подняла взгляд на Вадима.
— Подожди, а в каком ты тогда году? — он усмехнулся.
— Конечно, в 2019, вон в комнате календарь есть, если не веришь, — мы пошли в комнату, все это время Вадим странно на меня смотрел, календаря в комнате не оказалось.
— Надь, сейчас 2012, ты что-то перепутала, — нам становилось не до шуток.
— Нет-нет, я точно говорю, сейчас покажу, — я порылась в сумке, с которой не расставалась все эти дни, вытащила губную помаду и отдала Вадиму.
— Зачем? — он поднял бровь.
— Срок изготовления, посмотри, там есть.
— Боже, я не понимаю, год и правда указан 2019.
Мы вместе плюхнулись на диван.
— Постой, я позвоню Никите, — Вадим набрал номер Никиты и спросил год, в машине все удивились, но тоже ответили 2012.
— Теперь я точно не понимаю, — мы сидели в темноте, Вадим постукивал пальцами по прикроватной тумбочке. — Коллективного отклонения же не может быть, да и помада твоя вряд ли врет, но нельзя же вот так взять и переместиться во времени, сверхъестественное что-то, это антинаучно, должно быть разумное объяснение. Мы рассматривали чеки с датой покупки и другие мелочи из моей сумки, ошибки не было.
— Как думаешь, раз я одна из другого года, то проблема во мне? Это что я, типо, из будущего выхожу?
— Думаю, нам надо съездить в город, там нам точно помогут, сами мы вряд ли разберемся. Садись в машину, я закрою дом.
Я наспех переоделась в джинсы и кофту и села в машину. Сердце колотилось как бешеное.
Ехали мы в тишине, дорога была пустой, монотонное мелькание деревьев укачивало, все мои мысли были заняты происходящим. Разбудил меня Вадим, я не заметила, как уснула. Неподалеку виднелась деревня, со всех сторон был лес, рассветало.