Получено 31 урона.
Критическое состояние. Вы теряете сознание.
Темнота. Ничего. Ни боли, ни тех ублюдков. Ни этого проклятого мира, где всё катится к чертям.
Я не хотел никакого «потом». Пусть всё кончится.
— Сдох, что ли? — рявкнул голос, и удар по щеке вернул меня в реальность.
Солнце ослепило. Я попытался оглядеться, но всё расплывалось чёрными кляксами. Деревня? Хибары какие-то? Ничего не разобрать.
— Сейчас местного позову, — буркнул первый, и ещё одна пощёчина прилетела по лицу.
Боль горела в щеках, но я уже не считал удары. Помню, как полз к длинной деревянной бадье — водопою для скота. Жажда душила так, что я готов был лакать грязь. Связанные руки и ноги ныли, спина горела, но я дополз. Хлебал воду, захлёбываясь, кашляя от первого глотка. Кляп? Чёрт знает, где он делся — то ли выпал, то ли сняли, пока я был в отключке.
— Это ваш? — бросил всадник, кивнув на меня. — Нашли неподалёку.
Меня разглядывали, как скотину на рынке. Не как человека с мыслями и болью, а как вещь. Проверить зубы, а потом — на бойню, раз не нужен.
Старик с седой щетиной склонился надо мной. Дёрнул за волосы, вглядываясь в глаза холодным, пустым взглядом.
— Не наш, — отрезал он. — Никогда не видел.
— Точно? — переспросил всадник, дёрнув верёвку на себя.
Я рухнул назад, потеряв равновесие. В тот момент я молил, чтобы лоб разбился о край бадьи, чтобы шея хрустнула, чтобы всё началось заново. Но нет, они продолжали.
— Неохота с ним до заставы тащиться, — проворчал второй, понизив голос. — Ещё в Чёрную Крепость заставят везти.
— Лишние рты нам не нужны, — добавил старик, окинув деревню взглядом. — Допрашивали его вообще? Кто такой, откуда?
Он прекрасно понимал, что ничего такого не было. Понимал, что им плевать, и если придётся вести его куда-то ещё — он не доберётся до конечного пункта. Он осознавал это, но беда была в том, что ему было плевать лишь на чуть-чуть меньше, чем им. Но это «чуть-чуть» не превышало ценности жизни. Тем более — жизни непонятного невольника.
— Ты кто, блять, такой? — первый схватил меня за плечо, перевернул на спину. — Что там делал, а?
Я смотрел на них взглядом, в котором смешались страх и ненависть. Его слюни брызгали на моё лицо. Он орал, пытаясь докричаться, но я молчал.
— Можно я его уебу? — второй сжал кулаки, готовый вмазать.
— Погоди, — первый присел на корточки, жестом велел напарнику заткнуться. Спокойным, почти усталым голосом продолжил: — Ты знаешь, где ты?
Я мотнул головой.
— Имя своё знаешь?
Снова мотнул. Его голос был обманчиво мягким, будто он и правда не хотел этого. Но я знал — слова ничего не изменят. Всё уже случилось. Даже то, что ещё не началось.
— Постарайся вспомнить, — вздохнул он. — Пожалуйста. Мне это тоже не в кайф.
Если бы у меня были ответы… Что бы я сказал? Что бродил по полям, наслаждаясь красотой облаков? Поэтому я молчал. Я лишь знал, что нет смысла в лишних словах. А то, что случится дальше, — уже случилось.
И вот так, молча, я попрощался с этим скудным поселением. Меня снова привязали к седлу, и теперь я шёл на своих двоих, медленно удаляясь от жалких бараков. Я помнил, как жил здесь — в хлевах, что местные называют домами. Как копался в земле от рассвета до заката, чтобы какие-то чужие люди приехали и забрали почти всё собранное за год.
Мы шли недолго. Я волочился, пытаясь обогнать рывок верёвки. Дошли. Отвязали. Приказали повернуться спиной и встать на колени.
Лязг клинка, извлечённого из ножен.
Не было никакой тьмы, как все описывают. Удар был точным — с первого раза. Голова отлетела в сторону.
Я видел всё.
Видение заплыло — трава, земля, колосья пшеницы.
В горле — не боль, а странный зуд, лёгкое жжение.
Затем пришёл холод и невообразимый страх.
Начальный сценарий не был закончен. Вы вернётесь в изначальную зону через:
3...
Да вот так просто
2...
Да вот так нелепо
1…
Так я умер в первый раз... что помню...
«Цикл: Петля и Детишки»
Болтливым тут не место. Я понял это задолго до этого случая. Думаешь, это был первый раз? Ахаха... Нет! Уж точно нет. Этот я помню, а остальные остались отголосками в памяти, и я надеюсь, что эти отголоски никогда не прорвут её барьер. А сейчас время новой, недолгой истории. Ну что же, поехали.
Ночь. Тёплый ветерок. Теплее, чем раньше. Шелестящие листьями деревья загораживали кронами звёздное небо. Снова предстоял недолгий путь в никуда, но не сейчас. Сейчас не хотелось никуда. Лишь лежать на неровной земле и смотреть, как ветви неспешно поддаются порывам ветра.
Долго ли это продолжалось - я не скажу. Не скажу, почему мне ничего не хотелось. Я знал почти всё, что будет дальше, и знаете... А зачем? Ну серьёзно? Сколько бы раз история ни начиналась заново - итог один. Вне зависимости от того, как долго она длилась. Будь то старость в одинокой постели, сточная канава после разборок с кем-то повыше статусом или нелепый случай вроде падения с седла и свернутой шеи. Итог один, и от этого не убежать, хоть беги на север или юг. Поверь мне, я всё это видел и знаю, чем закончится.