— Хорошо. Вести этот аппарат и отвлекаться ты не можешь. Я правильно тебя понял? — очень тихо поинтересовался мужчина у Белого.
Тот кивнул.
— Тогда у меня вопрос. Больше тебя не буду отвлекать. Позволишь?
— Слушаю, — ответил Олег и перестроился в правую полосу, посколько сзади мигали торопливые водители.
— Ты, как я понял, специально отодвинул от себя ребятишек и девушку. Это чтобы не брать их с собой? Хотя, как понял из разговора, то я прав в своих суждениях. Ты мне ответь на такой вопрос. Меня с собой возьмёшь? Или тоже побоишься?
Олег ответил не сразу. Он до сих пор по поводу Древнего так окончательно и не решил. Тем не менее, представился вариант, когда они смогут решить всё здесь и сразу.
— Я окончательно не решил по поводу тебя. Это честный ответ. Поясню. Мы друг друга знаем очень плохо. Можно сказать, что не знаем вообще. Твои боевые качества мне тоже неизвестны. Вполне вероятно, что ты можешь работать ножом или другим ручным оружием, но пойми — сейчас на руках совсем другое. Оно остреляет маленькими снарядами и обладает большой пробивной силой. Притом не единично, а сразу множеством, так называемых, пуль. Не владея таким оружием, ты будешь беспомощным как ребёнок. И что сможешь противопоставить, скажем, врагу, у которого будет скорострельный даже не автомат, а пистолет. Он тебя уничтожит на таком расстоянии, что ты его вообще не увидишь, а если и увидишь, то это будет последняя картинка в твоих глазах. Научиться владеть таким оружием можно достаточно быстро, но и здесь нужен навык, а это, опять же, время. Время, которого у нас, к сожалению, почти нет. Я, конечно, могу тебя свести с людьми, которые покажут и расскажут основы владения огнестрельным оружием. Даже сможешь пострелять, но это, прости, тебя не сделает не то что стрелком, а даже дилетантом, то есть человеком, который имеет поверхностные знания о предмете.
— Как я понял, ты мне отказываешь? — удивлённо спросил Свар.
— Я ещё не решил. Только что тебе об этом сказал, — бросил Олег. — У меня есть намётки как тебя использовать, но это будет не участие в схватках, а задействие твоих ментальных возможностей. Они намного сильнее, чем у меня. Вот в таком ракурсе от тебя может быть польза. В другом — нет.
— Олег. Я долго тебя слушал и, в принципе, согласен с твоими доводами. Но есть одно НО, которое ты совсем выпустил из зоны внимания. А это твой существенный, как ты говорил, «прокол». Не догадываешься о чём я? Ладно, поясню. Ты настолько погрузился в свои планы, что забыл об основном — я ведь не в своём теле. А хозяин его вполне профессионально владел навыками как боя на ножах, так и владение, как ты назвал, огнестрельным оружием. Сейчас… — Свар закрыл глаза и продолжил. — Пистолет, автомат, пулемёт, гранатомёт. Знания в сапёрном деле, медицине и построении охранных структур… Я эти знания впитал вместе с личностью хозяина тела. Нужно только совместить моторику тела и разум. С этим пока есть неувязки, но с каждым днём всё меьше и меньше. Будет желание — устрой экзамен. Да, ещё. Что бы тебя совсем удивить. Вадим Радеев, кто был хозяином этого тела до меня, понимая, что за ним будет охота, после свершённого преступления уехал из страны и поступил во Французский Иностранный Легион. Там отслужил почти два срока — чуть меньше девяти лет. Он самовольно покинул часть, узнав, что будет очередная командировка в Африку, где, почувствовал, может остаться навсегда. Как он позже узнал через знакомых, из его подразделения в той экспедиции не выжил никто. Так что предчувствие его не подвело. Или Дар сработал, или его звериная сущность, но факт — он вернулся в Россию с новыми документами и с большими деньгами. Купил дорогую квартиру в Москве. Немного пожил в своё удовольствие. Позже служил начальником охраны у кого-то богатого человека. Но и там, буквально за несколько дней до возможной гибели, взял отпуск и уехал в другую страну. А его нанимателя вместе с охраной уничтожили в собственном доме. Снова предчувствие и срабатывание ДАРА. Потом… Потом был наёмником в частной компании, занимался бизнесом, но и там ничего толком не сложилось. В последнее время его привлекали как специалиста по внедрению в братство. Правда, он не успел передать много иформации, так как его совершенно внезапно сорвали с места и отправили руководителем группы для твоей ликвидации. Забавно, но именно в этот раз его предчувствие промолчало. Он был рад, что сможет поквитаться с тобой за свою несложившуюся жизнь — всегда считал именно тебя виновным во всех своих бедах…
Олег выслушал Свара. Чуть позже, с сомнением в голосе, кратко бросив взгляд на соседа по машине, проговорил также тихо, как и он.
— По поводу навыков по обращению с оружием. Да, ты прав. Об этом я не подумал. Вполне возможно, что моторика тела осталась, это плюс. Но согласись, мой друг, что кроме тела надо иметь в связке и голову. А она, как ты сам признался, ещё не полностью дружит с телом. Что по поводу моего врага, то я, честно говоря, не знал, что Вадим был во Франзузском Легионе. Теперь становится понятно, почему его не могли десять лет найти в России. Хотя о чём сейчас говорить. Был он, и нет его… Кстати. Ты сегодня отзванивался своим «руководителям». Я хоть и был рядом, но не всё понял. Точнее, не понял их реакцию на провал операции.
— А какая должна была быть реакция, если сообщил, что все, кроме меня, погибли. Кстати. Я не сказал что «погибли», а, если дословно, что «с ними потеряна связь и на точку сбора те не прибыли». Как хочешь, так и понимай. Все сроки ожидания вышли и ЭТИМ, кто стоит над организацией операции, впору задуматься — или снова пытаться выслать группу ликвидаторов или… тихо закрыть вопрос.
— Да, а что ты сказал, мол, «за нами слежка»?
— Хм… Специально тумана напустил, что кроме тебя и твоих друзей, здесь были люди, которые Вас, судя по всему, охраняли. Пусть голову поломают и над этой загадкой.
Олег, снова взглянув на Свара, заметил, как он, прикрывая рот рукой, периодически широко зевает. Улыбнулся и, протянув руку, хлопнул соседа по колену.
— Давай поспи. Вижу, что устаёшь быстро. Тебе сейчас бы ещё недельку побыть со мной на острове… Отдохнуть, да с оружием заняться. Слушай, а это идея. Сейчас говорить не буду, потом.
И, постучав себя по лбу, вопросительно посмотрел на Свара.
Тот молча кивнул и закрыл глаза.
— «Вообщем, что бы ушки нашей соседки не услышали чего… Давай сегодня переночуешь у Сергея, а завтра-послезавтра встретимся с тобой и вернёмся на остров. Только не к ХРАНИТЕЛЬНИЦАМ, а на другой. Знаю я потаёное место, где можно потренироваться в стрельбе, да и выработать тактику по нашему взаимодействию. Предположительно неделя у нас есть. Ты говоришь Ярому, что надо сьездить и отчитаться перед заказчиками, а я найду другую причину. Телефон у тебя теперь есть, и как пользоваться им научили. Утром, через день, давай и отвалим от опеки семьи Ярых. Только прошу — помоги Кате с её работой. Ведь кроме тебя никто на всём белом свете не знает те буквы или символы, на которых базировалась Ваша речь.»
— «Я — за. С тобой мне гораздо интереснее, чем заниматься с подростками всякой ерундой. Уверен, что сегодняшнего дня и вечера мне вполне хватит, что бы освоиться в городе, да и помочь девочке. Чувствую, что мне просто надо больше давать свободы телу, а мозг притормаживать. Именно так я и пытался действовать на острове. Ты сам видел — получалось лучше, чем когда контролировал каждое движение».
— «Прости, Свар, но не даёт мне покоя один вопрос. Вот ты сам неоднократно говорил, что «впитал» в себя знание и опыт Вадима. Его память, моторику. Объясни мне, если можешь — как такое могло произойти, что ты выборочно что-то стёр, а что-то оставил. К тому же Сергей, если помнишь, так и не нашёл в энергетическом поле следов личности Радеева. Раньше ты мне сказал, что оставил память за последние три года, а вот сейчас, как понимаю, то была не совсем правда? Больше всего я боюсь, что в ответственный момент Вадим сможет захватить своё тело, пусть даже на миг, что бы ударить мне в спину. Поэтому, если честно, опасаюсь.»
Мужчина, сидевший рядом, сначала долго смотрел в окно, выдерживая паузу, потом повернулся к Белому.
— «Ты прав. Я не стал полностью стирать личность хозяина тела. Слишком много увидел интересного в его жизни. А я, как человек опытный и мудрый, предположил, что со знаниями, что хранятся в голове, да и используя предыдущий опыт носителя, будет проще адаптироваться к современной жизни. И в итоге оказался прав. Я стёр именно личность как таковую. Как? Не знаю, честно. Ведь впервые воспользовался воплощением в ином теле. Эти знания были у меня, они передавались как величайшая тайна в нашей семье. Ты ведь и сам почему-то не удивился, когда я вышел к тебе с капища и обратился на понятном языке. А ведь у нас был совершенно другой разговорный, который ты не понял бы совсем. Пятнадцать же лет назад я обращался к тебе мысленно, а в этом случае преград для понимания нет. Так что не стоит меня опасаться. Я тебе если не друг, то верный товарищ. Если уж быть уж совсем точным — то твой побратим.»