Как странно устроена жизнь! Может, я бы и вышла за него, дай ему возможность тогда. Кажется, Марко это почувствовал, потому что его щеки покрылись румянцем:
– А восемь лет назад женился и я. Мариза хорошая, с добрым сердцем. Хотя… был бы свободен, и сейчас бы все к твоим ногам бросил!
– Я тоже все еще замужем! – его застенчивость с легким грассированием веселила меня.
– Да, осведомлен, – тихо сказал он и после короткой паузы продолжил – Вино выбирать, конечно, дело мужское. Вот, Гевюрцтраминер, если рыба и ты ужинаешь с подругой, или Болгери Док, Иль Бручато, если мясо гриль и со своим мужем, – он лукаво посмотрел на меня. Я покрутила бутылку с этикеткой, где сепией был нарисован тосканский пейзаж:
– Болгери Док, Иль Бручато? Да, я абсолютно с тобой согласна! Будем сжигать былое! Ну что, спасибо. Увидимся еще!
Я достала кошелек, и Марко робко спросил:
– Может, все-таки кофе?
Он заглянул мне в лицо своими карими с поволокой глазами, и я почувствовала к нему прилив нежности:
– Хорошо, только дай мне заплатить за вино. Сколько я тебе должна?
– Десять минут твоего времени.
Мы похихикали, и я удивилась, как же у него получилось так легко меня уломать.
Марко пропустил меня вперед, мы вышли из магазина и перешли дорогу перед кафе. При входе он снова открыл мне дверь и пропустил вперед. Я ценила в мужчинах галантность и хорошие манеры, но замуж вышла за того, кто брал настойчивостью.
Внутри было жарко и шумно. Рабочий день подходил к концу, и мужчины громко обсуждали вчерашний футбольный матч, то споря, то смеясь.
– Что будешь пить, Ассоль? – глаза Марко светились. Могу себе представить, как это здорово – много лет спустя встретить человека, к которому у тебя были чувства.
– Маккиато и воду! – Я уставилась на витрину, заполненную сладостями.
– Они славятся своими зепполе! Вы ведь тоже их печете?
– Угу. Куда же мы без классики! – отозвалась я и направилась к свободному столику у окна.
– Посмотри, настоящий афродизиак! – приближаясь ко мне, он рассматривал со всех сторон пончик с кремом, похожий на бело-желтую устрицу, а вместо жемчужины на нем красовалась засахаренная черешня.
– Мачо да еще и сладкоежка! Теперь я знаю, почему не вышла за тебя! – пожурила его я.
– Туше́! Я всего лишь собираю улики! – Марко сел рядом, продолжая смеяться над моим замечанием. Но когда в бар вошла пожилая женщина, он застыл, с интересом наблюдая за ней. Она была примерно того же возраста, что и Сандра. А ведь в новом году бабушке бы исполнилось семьдесят три!
Несмотря на свои годы, пожилая синьора обладала каким-то особенным стилем. Он читался и в ее аккуратном каре, и в красном манто, темно-серых брюках и в светло-сером свитере, и даже в ярко красных губах, которые не придавали ее сморщенному временем лицу вульгарности. Она была уверена в себе и держалась так непринужденно, что я даже ощутила укол зависти. Уже больше пятнадцати лет у меня не получается стать настоящей итальянкой и не переживать, что обо мне подумают окружающие.
Она подошла к барной стойке, дружелюбно кивнула Марко и бросила молоденькой баристе:
– Маккиато, голубушка, как всегда, в большой чашке!
Как только ее кофе был готов, она взяла его холеными руками, и браслеты на ее кистях зазвенели, и приблизилась к нам:
– Не возражаете? – кокетливо улыбнувшись и не дождавшись ответа, отодвинула свободной рукой стул напротив окна.
Марко подскочил и помог женщине устроиться за нашим столиком:
– Прошу вас, синьора Роза. Познакомьтесь, это моя подруга Ассоль.
– Замечательно! Люблю людей, которые пьют маккиато, – сказала она, обнимая взглядом мой кофе.
– Простите? – чуть не поперхнулась я.
– Такой кофе употребляют люди с нежным сердцем. – Ее аристократичная улыбка очаровала меня.
Она достала из маленькой сумочки с траколлой белый с тонким кружевом платок и промокнула им лицо в нескольких местах.
– Милочка, вы замужем? Впрочем, не отвечайте. У столь привлекательной женщины должен быть, как минимум, ухажер, – она бегло взглянула на Марко, потом на меня и на ее устах вновь мелькнула улыбка. – Следите за тем, что пьет ваш мужчина и, возможно, вы вовремя заметите то, что принимали за капризы или кризис среднего возраста… Когда однажды он вместо эспрессо начинает пить холодный кофе в высоком стакане – это важный сигнал. Так сказать, вызов. Знаки становятся ярче: он неожиданно меняет парфюм, обувь, цвет галстука… А потом – бац! – и это уже не ваш мужчина! На самом деле он перестает быть вашим уже на этапе перемены кофе. Только тогда вы еще можете его вернуть, а потом – увы, нет…