– Поль! Я хочу домой! – снова взмолилась я.
Но он не слушал меня, ударил в ладоши и в дворике зажглись фонари.
– Леди, начинаем водные процедуры! Купание под дождем! – скомандовал хозяин.
Девчонки с разбегу и с визгом, прямо в одеждах, попрыгали в бассейн, а за ними – безмолвный Билли и Энцо.
Обалдеть! Вот, оказывается, как развлекается мой муженек, пока я работаю! А я-то себя ругала, что у меня нет времени на общение! Дура! Так бы и жила, даже не подозревая, чем он дышит! Теперь понимаю, зачем Энн сопровождает Умберто в командировках. Нельзя пускать семейную жизнь на самотек!
– Ассоль, почему ты не купаешься? Нужно переодеться? – поинтересовался Поль, поднимаясь по лестнице на второй этаж. Неужели он решил переодеться, чтобы проводить меня домой и этот ужасный вечер вот-вот для меня закончится?
– Нет, я так подожду, – отмахнулась я и вышла с коктейлем в патио. Надо будет поинтересоваться у адвоката, что я могу сделать с моим терпящим бедствие браком. Неужели закон больше не защищает несчастных в браке женщин?
Я не хотела возвращаться в дом, но и смотреть на Энцо с бассейне с девицами мне было противно. Тогда я отставила свой бокал на стол и пошла к деревянному домику. Дверь оказалась приоткрытой, и я шагнула внутрь. Там было темно. Пахло хвоей. Когда глаза немного привыкли, я распознала в помещении сауну: предбанник с вешалкой, а под ней – диванчик. Прошла дальше в парилку. По обе стороны от печи-каменки – скамьи в два ряда.
Вдруг кто-то включил над бассейном свет, и он просочился бликами в единственное узкое окошко.
Печь до сих пор теплая. Рядом с ней стоял деревянный ушат с черпаком. Сколько лет я не была в сауне? Сложись вечер по-другому, можно бы позволить себе и попариться.
Вдруг дверь скрипнула. Я спряталась за стену. Даже на расстоянии пары метров от мужчины несло алкоголем:
– Тук-тук, моя козочка! Уверен, тебе понравится эта игра. Иду искать! Где ты?
Я притаилась в надежде, что Поль, не услышав меня, вернется назад. Но он щелкнул засовом, заперев дверь изнутри. По шороху я поняла, что он раздевается, доски заскрежетали под его весом.
Я замерла. Из бассейна больше не доносились веселые голоса. Скорее всего, они вернулись за стол, либо отдыхают на медвежьей шкуре. Что же делать? Действовать! Пока Поль шел на меня, я отскочила, схватила черпак и замахнулась в надежде, что он слишком много выпил и перевес сил будет на моей стороне.
Но его волосатые грудь и круглый живот затряслись от смеха:
– Жесткие у тебя игры! Хотя моя голова еще и не такое выдерживала!
Резко притянув меня к себе, он вырвал из моих рук черпак и с шумом бросил его за спину. До боли сжал талию и повалил на лежанку, продолжая тискать. Я отталкивала его, молотила кулаками по голове, а он шумно дышал мне в лицо перегаром. Наконец, он поймал мой рот и чуть не задушил поцелуем. Я на мгновение расслабила губы и, подгадав момент, укусила его за язык. Он заревел, словно разъяренный медведь и столкнул меня на пол. Подминая под себя, рассердился:
– Ты еще не поняла, что здесь командую я?
В скудном свете лампы пот на его пористом лице заблестел:
– Я хочу знать, куда твоя бабка спрятала картину. Признайся, тебе нужны деньги? Называй цену!
– Эн…цо-о-о! – заголосила я что есть мочи.
Но похотливое чудовище приказало:
– Не ори! Тебя никто здесь не услышит. Они уже заняты своими подружками. Раздевайся! Хотя нет, я сам! – и рванул за подол платья так, что ткань затрещала.
Я сопротивлялась, пытаясь освободиться. Но Поль сильно прижал меня к полу, блокируя ноги своим весом.
Прервавшись на несколько мгновений, другой рукой он освободил от ткани мою грудь:
– Здесь я решаю, кого и как брать! – зарычал он.
Я хотела что-то крикнуть, но вместо этого из груди вырвался всхлип, а за ним и слезы. Поняла, что мне не остается ничего другого, как перестать сопротивляться, если я хотела жить.
– Энцо сейчас не до тебя! – прохрипел Поль.
Он возбужденно водил шершавыми ладонями по телу, мял ягодицы, тер между ног:
– Твой муженек – конченый неудачник!
Ощутила его склизкий язык на своей шее, ушах, щеках. Он принялся целовать меня в губы, я попыталась увернуться, но тут же мое лицо обожгла пощечина:
– Чертова путана! Как ты пахнешь! Я дам тебе все! Только скажи, где картина! Картина, где она? Клиент, что ее ждет, ты даже не представляешь, кто он!
Я завыла. Он же рванул кусок платья и заткнул мне им рот. Это не плохой сон. Это была реальность, в которой из человека вылез дьявол. “Я за-му-жем!” – звенело в голове и от этой фразы что-то сжалось в груди, а лицо обожгли слезы отчаяния.