Выбрать главу

Андрей Богданов

1612.

РОЖДЕНИЕ ВЕЛИКОЙ РОССИИ

РОЖДЕНИЕ ВЕЛИКОЙ РОССИИ

Седьмого, а по новому стилю, 17 апреля 1612 г. в Ярославле было объявлено о рождении новой державы — Великой России. Так постановил собравшийся в городе Совет всей земли — выборных представителей уездов нашей страны{1}. Грамоты с решением Совета были разосланы по городам разорённого Смутой Московского государства{2}. Именно это государство, созданное в XV-XVI вв. силой оружия и отчасти договорами, лежало теперь в руинах. Его центральные структуры были или уничтожены в ходе многолетней гражданской войны, или служили «изменникам-боярам» и интервентам, засевшим в Кремле. Только объединившись, россияне могли покончить со Смутой, изгнать интервентов и сформировать своё государство так, как согласятся между собой его жители.

Созданный Мининым и Пожарским «Совет всей земли» применил многовековой опыт российского народовластия, опиравшегося на фундаментальное понятие «всенародной правды» и гармоничного с культурой создавших нашу страну народов{3}. Благодаря этому опыту Всенародное ополчение не просто освободило Москву, но создало новое государство. Его лидеры поняли, что гражданская война не может завершиться победой одной из сторон. Народное согласие могло быть достигнуто лишь на основе древней традиции народовластия и представлениях о нравственности.

В современной научной литературе историю народовластия рассматривают в качестве местного и разового явления. В Новгороде вечевая республика существовала 500 лет, но это была лишь причуда новгородцев, принесённая ими в Псков и Вятку. В других городах князей приглашали и изгоняли, — случайно и неведомо кто. Земские соборы — фарс. Больше половины царей, включая Петра, было избрано, даже Иван Грозный поощрял местное выборное самоуправление, а Совет всей земли в Ярославле и избрание Михаила Романова Земским собором всё равно выглядят разовым актом, будто народовластие в Смуту взялось ниоткуда и испарилось без следа.

Историки иронизировали над предками, видевшими главную причину Смуты в растлении духа, умножении доносчиков и предателей, распаде родственных уз, процветании воров и грабителей. По сравнению с Великим разорением страны Иваном Грозным, когда многие районы обезлюдели, а толпы беженцев метались по стране, ища спасения от опричного меча и голода, это казалось ерундой. Но потом было 20 лет мира, страной правил Борис Годунов, крестьян закрепостили, порядок был восстановлен… Только растление душ, если верить участникам событий, неукротимо продолжалось.

СМУТА

Когда в 1601-1603 гг. страну поразил голод, и даже монастыри прятали свои запасы, позволяя вымирать всей округе, когда люди продавали себя в рабство за хлеб, а на Москву шла армия восставших холопов, дело было не в экономике, как в Англии, где «драконовские законы» выморили и поработили население в угоду производителям шерсти. И не в вере, как в Германии, Франции и Италии, топивших себя в крови религиозных войн. Как справедливо писали современники, на Руси рухнули связывавшие людей узы.

Вотчинник и помещик, обязанный быть отцом крестьянам, попытался держать их силой — и оставил на голодную смерть. Холоп со времен Древней Руси был не просто доверенным слугой, но членом семьи; боевые холопы служили хозяину в сражении. Выбросив их за ворота, и хозяин, и царь, который это разрешал, ставили себя вне закона не только в глазах обиженных — но всего общества.

Когда явился самозванец, стать под знамя «царя Дмитрия Ивановича» значило — отказать аморальной власти в праве на существование. Личность самозванца значения не имела. То, что он вёл с собой ляхов, было неважно. Когда Лжедмитрий I был разбит, ляхи и казаки разбежались, но за него стали города, а после смерти Годунова — и армия.

В 1905 г. в Москву вступил царь, признанный народом, войском, знатью и духовенством. Гражданская война утихла, острые требования повстанцев были удовлетворены, милости и награды лились рекой. Но для этого царь использовал богатства Церкви, а для поддержавшей его Речи Посполитой — оплота католической реакции — он стал смертельной угрозой.

Речь Посполитая появилась в 1569 г. Католическая Польша объединилась с огромным Великим княжеством Литовским, причём его православные земли — часть Белоруссии и Украина — отходили полякам. Но государственное строительство по западному образцу, когда короли-завоеватели отдавали покорённое население в качестве рабочего скота своим герцогам и баронам, на Руси не прошло. Попытка порабощения вызвала народную войну, которая шла вплоть до воссоединения земель Древней Руси с Россией.

В шляхетской «республике», где паны были равны, народ считался «говорящим скотом», а православные — скотом диким, правил швед — король Сигизмунд Ваза. Масса недовольной им шляхты с женами и детьми приехала в 1506 г. в Москву, на свадьбу царя Дмитрия с дочкой сандомирского воеводы Мариной Мнишек. Речь шла об объединении русских земель под властью нового «цезаря». Но ситуацию использовал лукавый боярин Шуйский. Вступив в сговор с польскими и шведскими властями, он объявил, что приезжие хотят убить царя! Москвичи бросились громить иноземцев, Шуйский убил Дмитрия, приписал ему свои грехи и сел на престол.

Пока литовцы и поляки, пылая местью, седлали коней, против царя, избранного «одной Москвой», восстала Россия. Народ отказался верить в смерть «своего» государя. Самозванца не было полтора года, но за виртуального «царя Дмитрия» сражались армии Ивана Болотникова, Ильи Муромца, Прокопия Ляпунова и других вождей. Лишь в 1608 г. новый Лжедмитрий стал лагерем под Москвой, в Тушино. С ним, кроме дворян, горожан и казаков, были поляки и литовцы — участники разгромленного восстания против короля Сигизмунда.

По всей стране, от Белого моря до Каспия, от Смоленска до Урала, лилась кровь и свирепствовали шайки, грабившие от имени какого-нибудь «царя». Героическими усилиями князь Михаил Васильевич Скопин-Шуйский создал буквально из ничего регулярную армию и в союзе со шведами «очистил Московское государство» от войск Лжедмитрия II. Он вступил в Москву и тут же был отравлен завистливыми боярами, а его армия погублена.

Терпение участников гражданской войны лопнуло, когда разорение усугубилось интервенцией призванных Шуйским шведов, а затем и поляков, к которым присоединились нанятые на русскую службу немцы. Шуйского его дворяне стащили с тропа и постригли в монахи. Тушинский лагерь разбежался, вскоре Лжедмитрия II убили. Знать и народ требовали «выбрать государя всею землёю», созвав в Москву депутатов всей России, чтобы общим советом положить конец братоубийству.

МОМЕНТ ИСТИНЫ

В июле 1610 г. народ ликовал, слушая читаемую в храмах грамоту московских бояр, разосланную по благословению патриарха Гермогена. Впервые за семь лет войны большинство россиян решило «быть в соединении и стоять за православную веру всем заодно», защищая право страны выбрать государя, не покоряясь ни захватчикам-иноверцам, ни ворам-самозванцам.

Бояре спешно разослали по городам и весям грамоту о присяге себе: дескать, они, до выборов государя, по воле народа взяли на себя бремя власти. Но московская власть, Семибоярщина, в выборы не верила. То ли дело сын короля Сигизмунда Владислав с иноземными полками: «Лучше королевичу служить, чем от холопов своих побитым быть и в вечной работе у них мучаться!» В августе бояре присягнули Владиславу, заключив с ним договор о сохранении их власти и привилегий. В сентябре они сдали Москву войскам Сигизмунда — врага, осаждавшего Смоленск!

Россияне, несмотря на привычку к подлостям московских властей, несколько месяцев пребывали в остолбенении от «боярской наглой измены». Города и воеводы, вроде князя Дмитрия Пожарского, хотели верить, что король Сигизмунд, как обещали бояре, выведет войска из России, а его сын примет православие и станет призванным государем, — третейским судьей и полководцем, — как памятный Рюрик и сотни других князей, которых приглашали города Руси.