Фрэнк уставился на него. Потом посмотрел на Квентина Андервуда, перевел взгляд на Джеймса Николса, затем на Эда Пьяццу. Это все были ветераны войны во Вьетнаме.
– Черт побери, – проворчал он, – Что ты можешь об этом знать? Бойню во Вьетнаме называть настоящей войной…
Другие ветераны усмехнулись. Квентин посмотрел на Майка.
– А как насчет меня? – спросил он. – Вы также будете настаивать, чтобы я надел военную форму?
Майк покачал головой.
– Не обижайтесь, Квентин, но вы ведь не вылазили с авианосца. А мне нужны люди с боевым опытом на суше. Джеймс был в морской пехоте, но он один из наших всго двух врачей. Эд…
Невысокий и коренастый директор рассмеялся.
– От меня тоже мало пользы! Проторчал всю службу в тылу, мать его…
Он замолчал, оборвав вульгарный термин и с опаской взглянув на Мелиссу. Она с улыбкой погрозила пальцем.
– Из боевых действий могу лишь упомянуть схватку в центре Сайгона под градом камней между полицией и спекулянтами. Мне далеко до такого боевого ветерана, как Фрэнк.
Джексон сделал кислое лицо.
– Я служил в одиннадцатой бронедивизии, Майк. И что-то я не заметил никаких танков, припаркованных вокруг города.
Глаза Николса расширились.
– Вы служили в "Черной Кавалерии"? – спросил он, – Ничего себе.
Фрэнк оценил комплимент врача кратким кивком.
– Там были и морские пехотинцы. Кстати, в каком подразделении были вы? – Он покачал головой. – Впрочем, не сейчас. Поговорим позже.
Майк сказал: – Конечно, у меня есть небольшой опыт тактики пехоты, но вряд ли его можно применить в местных условиях. – Он фыркнул. – Например, как действовать при авианалетах. Так что все же с наибольшим опытом у нас ты, Фрэнк. Не считать же за боевой опыт драки в барах, когда я служил.
Он просмотрел на другие лица. Когда он снова заговорил, его голос был серьезен.
– Создание нашей армии – это самое важное для нас сейчас. Без нее мы просто еще один город, созревший для грабежа. Мне нужен каждый боевой ветеран. К счастью, таковыми являются большинство шахтеров среднего возраста. Но, извини, Фрэнк – сразу ты их не получишь. Я хочу использовать их в качестве наставников для молодых шахтеров, и вообще всей молодежи городе, которая не будет занята в других, абсолютно необходимых вещах.
Он сделал глубокий вдох.
– Нужно призвать добровольцев. – Еще один глубокий вдох. – Я надеюсь, что через месяц ими станут все мальчики, нынешние выпускники школы.
Комната взорвалась протестами Эда Пьяццы и Мелиссы Мэйли. Эд буквально плевался возмущенными фразами о бедных детях. Мелисса не стала кричать, понимая, что это бессмысленно. Она просто резко проехалась по словам Майка. Слово "милитарист" не прозвучало, но дух ее высказываний был близок к этому.
На протяжении этой двойной атаки Майк молчаливо страдал. Когда протесты начали стихать, он открыл рот, чтобы заговорить.
Грег Феррара опередил его.
– Не глупи, Мелисса. И ты тоже, Эд. Я полностью согласен с Майком. Большинство шахтеров уже в годах, вы же знаете это, как и любой другой. За последнее десятилетие шахты почти не набирали на работу новичков. – И с горечью: – Да черт побери, по крайней мере половина шахтеров нашего округа в возрасте Фрэнка – им уже далеко за сорок. Вы что, хотите чтобы всех нас защищали одни старики?
Эд и Мелисса смотрели на своего коллегу с открытыми ртами. Их мысли были очевидными: еще один предатель, еще один Бенедикт Арнольд.
Видя их осуждающие взгляды, учитель естественных наук печально улыбнулся.
– Ну извините. Но факты есть факты. История нас учит, что когда страна начинает борьбу за свое существование, все зависит от ее молодежи. И у нас не получится по-другому.
Он повернулся к Майку.
– Я хорошо знаю этих ребят, Майк. Каждый из них пойдет добровольцем. Даже отсталые дети, занимающиеся по специальной образовательной программе.
Он махнул рукой, останавливая новую бурю протеста Мелиссы.
– Да успокойся ты! Никто не собирается призывать в армию кого-то вроде Джо Кинни.
Майк подтверждающе кивнул. Джо Кинни был восемнадцатилетним юношей с тихим характером. Но он имел умственное развитие пятилетнего ребенка, без перспектив улучшения.
Грег кивнул в сторону Николса.
– Доктор Николс и доктор Адамс могут отсеивать мальчиков, которые просто не подходят для этого. Но большинство из них – может и будет служить. Как это было во время Второй мировой войны.
Он расправил стройные плечи.