— Тысяча чертей! Какого рожна сюда полезли! — выругался, подъезжая к реке, Копорский. — Шли бы себе в окружную по главному шляху через Тернополь! Ну и что делать будем?!
— Да кто же знал-то? — пряча глаза, виновато произнёс Мозырев. — Местные ведь уверяли, что вполне себе лёгкий путь. Они же частенько им на Дубенскую ярмарку ездят.
— Господин штабс-капитан, так вы уточнили у них, когда она вообще — эта ярмарка? — заметил поручик Ревунов. — Может, в январе или в июле? Тогда-то понятно, почему у них этот путь лёгкий. Зимой по льду, летом вброд через Горынь перескочишь, а тут и с половодья ещё вода толком не спала, к тому же дожди.
— Похоже, ночевать сегодня тут будем, — промолвил, оглядываясь, Копорский. — Всё равно уже скоро темнеть начнёт. Ночью здесь точно не переправиться. Разбиваем лагерь!
— Взвод, рассёдлываем лошадей! — скомандовал, отходя к колонне, Тимофей. — Вон там, где повыше, пологи ставьте!
Вскоре к опушке леса потянулись партии драгун, обратно они несли срубленные колья, бересту и смольё для растопки, а также волокли сухие, но ещё не упавшие на землю деревья. Опыта в устройстве походных лагерей у кавалеристов было не занимать, и уже через полчаса потянуло густым дымом от разгоравшихся костров.
— Так, это всё, конечно, хорошо, и переночуем, и отужинаем здесь, и от дождя укроемся. — Копорский кивнул на натянутый сверху тент. — А переправляться-то ведь всё одно нужно. Тимофей, мне только к тебе и обращаться, твои фланкёры самые опытные в таких делах. Помнишь, сам рассказывал, как вы на разведку к Варне ходили. Там ведь тоже переправа была.
— Пётр Сергеевич, так то ведь летом, ещё же и лодку нашли! — воскликнул Гончаров. — Без неё мы никак бы не перевезли вьюки. С вьюками конь вплавь ни за что не пойдёт.
— А может, тут и вплавь не нужно? — предположил Мозырев. — Здесь всё же брод. Может, коню по брюхо?
— Не похоже, — произнёс Ревунов. — Река из берегов вышла, сами поглядите, там даже и ската не видать, а он всегда ведь какой-никакой, а бывает.
— Значит, нужно проверить, — сделал вывод капитан. — Ну что, Тимофей, выручай эскадрон. Жду от тебя сведения по реке и мысли, как можно переправиться.
— Есть, — промолвил поручик и со вздохом поднялся со своего места. — Пётр Сергеевич, у вас ведь осталось во фляжке немного ракии? Разведчикам растереться. Ну и внутрь немного, вода-то вон какая холодная.
— Для такого дела не жалко, — понимающе кивнув, сказал Копорский. — Главное — промерьте всё надёжно. Васька! — крикнул он денщика. — А ну-ка, неси ту самую флягу, ту, которая в коже, с тиснением! Да, да, её!
Через полчаса на берегу с шестами стояли раздетые до наготы Хмельков с Очеповым.
— Вашбродь, ещё бы хлебнуть? — потрогав ногой воду, попросил у командира Фрол. — Леденючая.
— Не можно, дурында! — рявкнул Клушин. — Утопнешь ведь! Опосля хоть всё выглохтай!
— Ну, тогда пошли, Родька. — Рыжий передёрнул плечами и, опираясь на шест, вошёл в воду.
Вскоре две белые, еле видные в вечерних сумерках фигуры погрузились по самую шею в реку, торчали над поверхностью только лишь головы и шесты.
— Долго чего-то, — переговаривались столпившиеся на берегу драгуны. — Как бы совсем не утопли. В такой воде и ногу за́раз сведёт.
Стемнело, и на реке вообще ничего не стало видно.
— Вашбродь, я помочь! — Не выдержав ожидания, Клушин быстро скинул сапоги.
— Отставить! — рявкнул Гончаров. — Куда, старый?! Утонуть хочешь?!
— Не утопну, ваше благородие, я ведь волжский, сами знаете! — воскликнул Степанович.
— Я пойду, я! — донеслось из толпы. — Я тоже плавать умею!
— Иду-ут! Иду-ут! — прокричал вглядывавшийся в сумрак Блохин. — Вон они, братцы! Вон! Помогай!
Вся толпа, разбрызгивая воду, ринулась навстречу еле бредущим к берегу фигурам. Подхватив Хмелькова и Очепова, их занесли под тент к пылавшему костру. Большую часть ракии влили сразу в рот, остатками растёрли тело и закутали в сухую одежду.
— Саженей десять, глубоко, вашбродь, — стуча зубами, выдавил из себя Очепов. — В самой середине еле шестами там до дна достали. Не пройдут кони.
— Понял, спасибо вам, братцы, — поблагодарил драгунов Копорский. — Теперь точно знаем, что здесь ходу нет. Остаётся одно — делать объезд или рубить плоты.
— Ниже по течению город Изяслав, а если выше — Тернопольская дорога, — доложил Мозырев. — Хоть туда, хоть сюда можно вдоль берега пройти.
— Нет уж, Владимир Григорьевич, хватит тебя слушать, и так вон завёл! — бросил в раздражении капитан. — Сколько ещё времени по топким местам будем ехать? Нет, будем здесь переправу ладить.