— Гончаров, Марков, ведите прибывших в место расположения эскадрона! — отдал распоряжение Копорский. — Я пока в интендантстве по провианту и по кормам всё выясню, а вы с Назимовым всех новичков по взводам раскидайте.
— Равняйсь, смирно! — рявкнул, подходя к строю из новобранцев, Тимофей. — Вольно! Сейчас все, кто сюда попал, маршируют пешим порядком в расположение третьего эскадрона, где будет распределение по взводам и артелям. Каждому из вас покажут место квартирования и стойло для вашего коня. Уже этим вечером вы их заберёте у полкового фаншмита, где их сейчас осматривают и клеймят. Потом зададите им корма и хорошо вычистите, а уж после всего этого поужинаете сами. Тот, кто шибко голодный и кому совсем невтерпёж, может погрызть сухари, как только мы придём к месту постоя, штук по пять вам их скоро выделят. Горячее, повторяю, будет у вас на ужин, его сготовят в ваших будущих артелях. А сейчас для всех общая команда — напра-аво! Шагом марш! Раз, раз, раз-два-три. Ногу взяли! Ногу!
После недолгих пререканий командиров с штабс-капитаном Назимовым всех новоприбывших разбили по взводам. В четвёртый перешли тринадцать вчерашних рекрутов, после чего уже сам Гончаров распределил их по отделениям.
— Ну вот, это уже более-менее на взвод похоже, — проворчал он, окидывая взглядом общий строй. — Ещё шестеро — и будет полный комплект. Так, говорить я долго не буду, дел невпроворот, все старослужащие прекрасно знают, что жизнь кавалериста в бою зачастую зависит не только от тебя самого, но и от твоего товарища, который прикроет в сечи своим ударом клинка или же метким выстрелом. Чем лучше сбит и обучен взвод, тем больше будет шансов выжить у всех тех, кто в нём служит. Поэтому, братцы, как можно скорее передавайте весь опыт тем молодым, кто только что в наши ряды сегодня влился. Боевой поход и сражения у нас не за горами, вот они-то и поставят нам всем оценку красными чернилами.
В середине февраля Тимофею довелось заступать дежурным офицером по полковому штабу. Дело было привычное, в обязанности входила организация караульной службы, охрана штаба и всех полковых регалий. Кроме того, надлежало осуществлять общий надзор за порядком и распорядком службы в полку в дежурные сутки. В обязанностях дежурного офицера, кроме того, была отправка всей исходящей корреспонденции через вестовых в корпусной штаб и, соответственно, получение из него бумаг. Наряду с этим от дежурного требовалось выполнять поручения командования полка и всех старших штабных офицеров. Вдобавок на нём лежал учёт посетителей с направлением их к нужным людям в штабе и командованию полка. От дежурного требовалось быть распорядительным и внимательным, знать уставы и наставления по службе. Сохранять бдительность и, буде вдруг распоряжение от высшего начальства, всегда быть готовым поднять полк по тревоге.
Заступать на такие дежурства приходилось нечасто, да и то только в том случае, когда драгуны находились в местах постоянного квартирования.
Выйдя из штабного здания, Тимофей покосился на звякнувшего оружием драгуна из караульной пары.
— Ильич, глянь Утехина, похоже, у него замковый зажим на ружье ослаб, брякает, — бросил он стоявшему рядом с дверью унтеру.
— Слушаюсь, вашбродь! — рявкнул тот. — Устраним!
— Угу, устраняйте, — буркнул подпоручик. — Я поеду пока посты проверю и к оружейникам загляну. Если что вдруг, вестового за мной пришлёшь.
Февральское солнце грело не по-зимнему. С крыш капало, по обочинам бежали ручьи, а сами дороги были сплошь в глубоких грязных промоинах. Янтарь ступал с осторожностью.
— Бодрей, бодрей, Янтарёк. — Тимофей потрепал подрубленное ухо коня. — Ну чего ты менжуешься? Вон уже мостовая за тем поворотом начинается.
Проверив караулы у полковых складов, Тимофей, как и планировал, заехал к оружейникам. Старшим у них был невысокий курносый драгун, на вид чуть старше самого подпоручика. Перешёл он в оружейные мастера из помощников совсем недавно и, по словам знающих людей, был не ахти каким умельцем.
— Филат Наумович, просьба у меня к тебе личная, — обратился к нему не «по-уставному» Гончаров. — Мушкетик бы надо мой поправить. — И стянул с плеча ружьё.
— Дык в порядке же он, господин подпоручик, — произнёс тот, взяв его в руки. — Чего же в нём не так? Всё вроде как на месте. — И подняв крышку замковой полки, щёлкнул курком.
— Так-то оно, может, и так. — Тимофей согласно покачал головой. — Однако можно было бы улучшить. У меня на Кавказе с напаянным штуцерным прицелом был мушкет. С откидными щитиками и с удобным целиком. Мушку ему тоже там переделали, чуть утончили её и в полукольцо взяли. Ну и так, с курковым винтом и пружиной немного поколдовали. Горя я с ним не знал, Наумович, жаль вот пришлось сдавать при переводе.