— Господа, не будем терять время, объявляю вам приказ командующего армией генерала от инфантерии князя Багратиона, — провозгласил, оглядев собравшихся, Копорский. — Формируемому из казачьих полков атамана Платова и кавалерии четвёртого корпуса отряду поручено сдержать подходящие войска французов у местечка Романова. Наш полк входит в этот отряд. Кавалерию поведёт сам генерал-майор Васильчиков. Также ему под командование придаётся ещё и пятый егерский полк, который отлично зарекомендовал себя в сражении при Мире. Егеря уже выступили ночью, дабы занять позиции у моста на реке Морочь, именно там и предполагается дать французам бой. Господа, командование понимает, что мы не получили обещанного отдыха, но надеется на нашу доблесть и выдержку. У армии впереди трудный марш на Бобруйск и Могилёв, и с её плеч во что бы то ни стало нужно сбить преследующего неприятеля. Кому же, как не нам, поручить такое?
— Когда выступаем, Пётр Сергеевич? — поинтересовался Назимов.
— На все сборы дано три часа, — ответил тот. — То есть в полдень мы уже должны выйти за слуцкие предместья. Вчера вами задавались вопросы по фуражу, так вот, поясняю, армейское интендантство начинает его отпуск для нас прямо сейчас. Получаете норму на трое суток и укладываете в саквы. Ещё одну норму драгуны получат для кормёжки перед выходом. Сухарный запас нам тоже восполнят. По пороху никаких вопросов быть не должно, патроны заготовлены ещё загодя. Вопросы?
Вопросов не было, и отпущенные капитаном офицеры поспешили в свои взводы.
— Туда-сюда, как челнок у ткачихи, мечемся, — ворчал Ярыгин. — Кто-то, значит, бока будет на постое мять, а нам седалище отбивать на марше.
— Ладно, мы — седалище, а егеря вообще, говорят, не отдохнули, — заметил Чанов. — Посерёд ночи их подняли, вот уж кто ноги отбивает. У нас-то тут всё рядом, на коне. — Он похлопал по седельному чемодану. — А они на себе тащат.
— В сторону! Посторонись! — донеслось из хвоста полковой колонны. Мимо на рысях проскакал эскадрон ахтырцев.
— О-о, а вот и гусары проснулись! — воскликнул насмешливо Блохин. — Так шли бы за нами, как башкирцев полк, нет ведь, с го-онором, драгуны впереди, значит, обогнать надо.
В ночь на второе июля прибывший к реке Морочь русский отряд расположился у переправы. Несколько казачьих сотен полка Иловайского встали заставой в полверсте перед мостом на правом берегу. Полки Краснова, Андриянова, Кутейникова, первый Башкирский и Карпова атаман Платов расположил у самой реки, спешив их и скрыв в кустарниковой поросли. Сам Матвей Иванович вместе с генералом Васильчиковым объезжал позиции, строя стратегию предстоящего боя. Вот от следовавшей за ними по пятам свиты отделились вестовые и поскакали к стоявшим на левом берегу полкам. Егеря, получив указание, начали расставлять цепи у самой реки, сюда же выкатила свои орудия и вторая Донская конноартиллерийская рота. Литовский уланский и Ахтырский гусарский полки прошли немного вверх по течению.
— А мы что же на месте стоим?! — волновались драгуны. — Без дела тут будем?
— Может, дорогу на Слуцк доверили прикрывать? — предположил Мозырев. — Вдруг казаки дрогнут, а тут мы, регулярная кавалерия, врага в линиях встретим.
Вдали, с запада донеслась еле слышная россыпь выстрелов, и через какое-то время показалось пылевое облако.
— Казачий дозор, казачий дозор отскакивает! — разнеслось над порядками. — Видать, неприятель преследует!
Действительно, за несущимися в сторону моста казаками показалась плотная масса французской кавалерии. Сотни из полка Иловайского у заставы завязали её боем, но теснимые превосходящими силами неприятеля начали откатываться к реке.
— Бегут! Бегут, сукины сыны! — всполошились драгуны. — Эдак они и мост супостату сдадут! Отбивать будем! Где сигнал?! Помочь бы казакам надо!
А над полем уже звенел трубный проигрыш. «Атака! Атака! Атака!» — выдували сигнал казачьи трубачи. Стоявшая в засаде лёгкая конница, разворачиваясь в лаву, ударила во фланги и тыл французов. Те, не выдержав атаки, обратились в бегство и преследуемые скрылись из глаз. Прошло немного времени, и издали донёсся протяжный грохот.
— Залпы, залпы ружейные! — возвестили опытные служаки. — Вишь как бахает! Похоже, вражья пехота по казакам залпами бьёт!
И правда, отброшенные французскими батальонами русские и башкирские сотни откатывались обратно к реке, а за ними виднелась вновь перешедшая в наступление масса неприятельской кавалерии.
Казачьи полки переправились на правый берег и подожгли за собой мост.
— Полк, спешиться! — раздалась команда барона Штакельберга. — Ружья с собой! Коноводам принять коней! Усиливаем стрелковую цепь егерей! Быстрее, быстрее выдвигаемся! Неприятель на подходе!