Пятнадцать тысяч солдат Раевского и пять Неверовского против двухсоттысячной армии. Войск для обороны огромного города было крайне мало. Первая и Вторая армии были пока ещё далеко. Неприятель же начал подготовку к штурму.
Глава 10. У малой речки
До шедшей по дороге колонны долетели дальние отголоски выстрелов. Прозвенела труба, и находившиеся в голове гусары сорвались в галоп.
— Ахтырцы рванули, — приложив к козырьку ладонь, произнёс, всматриваясь, Чанов. — Ох как прытко, ажно пыль заклубилась!
— Сейчас и нас погонят, — предположил Очепов. — Любят ведь фланкёров в каждую заваруху кидать.
— Фланкёрам наступной марш! — долетел до шедшего размеренной рысью в самом хвосте колонны пятого эскадрона знакомый сигнал.
— Накаркал, зараза! — гаркнул унтер-офицер. — Ух, была бы моя воля, ни в жизнь бы рыжих в армию не брал! От них одно невезение!
— Иван Ильич, ну ты чего, я-то здесь при чём?! — крикнул возмущённо драгун. — Ярыгин тоже вон с рыжинкой, а ещё и рябой. Ему-то почто не пеняете?!
— А он умней, болтает меньше! — буркнул Чанов. — А ну тихо, вон командир глядит!
— Взвод, влево принять! — скомандовал поручик. — Аллюр в галоп! За мной, марш!
У небольшой речушки с растущим рядом сосновым бором схватились с французскими гусарами казаки передового дозора. Силы были примерно равные, манёвром обе стороны были ограничены топкими берегами, поэтому сеча шла прямо у брода. Подскочившие русские гусары с ходу ринулись в бой, и французские, в своих ярких одеждах и чёрных султанах над киверами, развернув коней, понеслись по дороге на запад. Казаки и ахтырцы бросились следом. Перекрывая путь погоне, на ней показалась плотная пехотная колонна. Кидаться на штыки было бы чистым самоубийством, к тому же из соснового бора начали выскакивать цепи лёгкой пехоты и засвистели пули.
— Отходим! — гаркнул гусарский подполковник. — Горнист, давай ретираду!
— Аппель! Аппель! — понёсся в воздухе сигнал к отступлению. Русские кавалеристы, подобрав убитых и раненых, поспешили отъехать. К броду подошла колонна французов, а их застрельщики перебежали через реку.
— Помощь нужна, господа! — К голове колонны Киевского полка подскочил гусарский офицер. — Нам каре не прорвать наскоком, французы штыком отобьются. Да там и вольтижёры сильно мешают, пока мы до колонны доскочим, передовых пулей положат.
— Сейчас поможем, — пообещал барон Штакельберг. — Мой заместитель уже повёл фланкёров вперёд. Там позади казаки две пушечки катили, может, и их в дело пустить?
— Пушки?! — Гусар заинтересованно вскинул голову. — Пушки — это хорошо. Как раз против каре. За мной! — Он махнул рукой и вместе с десятком гусар поскакал в хвост колонны.
— Это его стихи на празднике жжёнки только недавно Семён декламировал. — Барон кивнул вслед отъехавшим гусарам. — Подполковник Давыдов Денис Васильевич — лихой, отчаянный рубака!
— Стой! Ружья из бушматов долой! — рявкнул, вздыбливая коня на опушке леса, Петровский. — Всем спешиться! Коноводам принять коней!
Над головами пропели первые пули, посланные из неприятельской цепи.
— Быстрее, быстрее, Степанович! — крикнул, передавая повод Клушину, Тимофей. — Взвод, в цепь! Все разбились на двойки! Один стреляет, другой перезаряжается!
— Лёнька, давай сюда! Ильич, коня! — суетился денщик. Схватив поводья сразу от четверых, он поспешил скрыться с ними в лесных зарослях. Вслед за ним забежали в чащу и остальные коноводы.
В полутора сотнях саженей от опушки, переправившись через неширокую речку, постреливали, перебегая с места на места, невысокие солдаты в неприятельских мундирах.
«Сотни три их, — определил навскидку Тимофей. — Нас раза в два меньше. А вон ещё столько же от пехотной колонны бегут, — летели в голове мысли. — Если перемахнут разделяющее нас расстояние и в ближний бой вступят, мало не покажется, не устоим. А им обязательно он нужен, за нами лес, и в нём можно укрыться от кавалерии, поэтому выбить они нас точно попробуют».
— Целься вернее, братцы! — гаркнул поручик, перебегая позади своей цепи. — Леонид, офицера ищи! — Он хлопнул по спине Блохина. — С жёлтым султаном выцеливай!
— Целюсь я, целюсь, — пробурчал тот, доколачивая пулю в винтовальный ствол. — Сейча-ас.
Всё, свинец дошёл до порохового заряда, и он засунул молоток с шомполом под ремень.