– Буду счастлив.
Фредерик не хотел туда идти, но, думая, что присутствия на мальчишнике ему все равно не избежать, свыкся с мыслями о нем и постарался найти в предстоящем вечере что-то хорошее. И теперь, когда Максимилиан не стал его уговаривать, почувствовал себя немного уязвленным.
– Алонсо Диас на днях настойчиво расспрашивал, приедешь ли ты на свадьбу.
– Вот и для меня найдется стариковская компания, ты на это намекаешь? – засмеялся Фредерик. – Надо будет заглянуть к нему на днях. Как у него дела?
– Сам увидишь. Начал называть меня на «вы». Я пригласил его однажды выпить после работы – он отказался. «Нет, господин Декарт, это ни к чему, я простой механик, не ровня вам, человеку с образованием». Я возмутился, говорю: «Алонсо, что за ерунда? Я для тебя Макс, а не господин Декарт. И потом, сколько вы с моим братом выпили в «Шу флери» за все время, что с ним знакомы, не сосчитать, хотя он не какой-то там свежеиспеченный инженер – профессор!» Но этот испанский гордец так и не согласился, только сказал: «Это совсем другое дело, господин Декарт».
– Хорошо, Макс, про завтрашний день я все понял. А что с днем свадьбы? И когда у твоей невесты конфирмация?
– Утром в субботу. Мы можем отдыхать: пастор Госсен, староста Планше или сторожиха мадам Кавалье сами придут за Клеми и потом проводят ее из церкви обратно в отель. Но было бы неплохо, если бы в половине третьего ты пришел за семейством Андрие и помог им добраться до церкви. Во-первых, это успокоит Клеми, во-вторых, так будет солиднее, а в-третьих, я не надеюсь на папашу Андрие. Хвала небесам, если он уже с раннего утра не напьется... В общем, ты проводишь их, я приду с матерью и Шарлоттой. В три часа дня венчание. Потом мы получим брачное свидетельство в мэрии, а дальше нас будет ждать свадебный обед в ресторане «У Реколетов». Ну а потом мы с Клеми отправимся в отель «Корона Людовика», а вы продолжайте кутить, но уже на свои.
– Скряга.
– Вовсе нет – кальвинист.
Братья весело переглянулись.
– Утром мы забежим домой, чтобы со всеми попрощаться, и уедем на остров Ре, я снял на неделю домик на пляже. Как видишь, все уже организовано и заказано. От тебя я прошу только одного – не бросай меня в этой идиотской завтрашней поездке.
– Ну ладно, ладно, – ответил Фредерик. – Второй человек для страховки не помешает – путь неблизкий, вдруг что-нибудь случится в дороге. Во сколько выезжаем?
– В пять утра. Фред, я этого никогда не забуду!
– Хватит, Макс. А сейчас пошли в столовую, ты же знаешь, мать не терпит, если ей приходится нас ждать даже пять минут.
– Она лишит нас десерта? – вскинул брови Максимилиан, и оба расхохотались. О том, что на свете бывают десерты, в доме Амели Шендельс-Декарт вспоминали только по праздникам.
Пароконная дорожная карета до Маренна выехала из города еще в сумерках. Было по-ночному свежо. Фредерик и Максимилиан закутались в плащи, подняли воротники. Макс, измученный тяжелой неделей и предсвадебными хлопотами, моментально задремал, прислонившись к плечу старшего брата. Фредерик тоже хотел подремать, пока не рассвело, но сразу ему это не удалось. Он смотрел в окно, за которым все равно почти ничего не было видно, и мечтал об остановке, когда можно будет размять ноги и закурить. Ждать было еще долго: они договорились, что позавтракают около восьми, когда доедут до Сент-Анук и там остановятся на час-полтора, дадут отдых лошадям. Пегая кобыла и гнедой мерин бежали нерезво: скорее всего, вчера они тоже, как и Макс, весь день работали, и им не дали толком отдохнуть.
Обратный путь будет еще медленнее: пятеро пассажиров и вещи семьи Андрие, включая массивный кофр с одеждой невесты. Фредерик чувствовал себя лишним в этом путешествии, не понимал, какая роль ему отведена, и от души надеялся, что не окажется обузой. Может быть, Макс хотел поговорить с ним без помех? Дома в обществе матери и Шарлотты откровенные разговоры невозможны, а здесь – пожалуйста. Наверное, Фредерик и сам не упустит случая задать ему пару вопросов… Мысли его уплыли к воспоминаниям начала июня, когда внезапно он получил длинное, путаное, так не похожее на обычный материнский стиль письмо от мадам Декарт. И, пытаясь восстановить ход событий, который привел к этой свадьбе, Фредерик не заметил, как тоже задремал. Проснулся он только от резкого торможения кареты.