Виноват. Строго велено – никого кроме вашего превосходительства.
ВОРОНИН (передавая папку)
Ничего, Константин Петрович. Там всё разложено, как вы велели. Отлично обойдетесь без меня. Серебряной скрепкой соединены листки по первому пункту, бронзовой – по второму.
Константин Петрович Победоносцев
ПОБЕДОНОСЦЕВ (сам себе)
По первому – серебряной, по второму – бронзовой. Ожидайте меня здесь, Виктор Аполлонович. Ну, укрепи Господь.
Стоит перед лестницей, крестится, бормочет молитву.
ВОРОНИН (камер-лакею)
У государя кто-нибудь есть?
КАМЕР-ЛАКЕЙ
Граф Лорис-Меликов.
ВОРОНИН
Давно?
КАМЕР-ЛАКЕЙ
Порядком.
ВОРОНИН (громко, в спину Победоносцеву)
У государя граф Лорис-Меликов. Давно.
ПОБЕДОНОСЦЕВ (вздрогнув, заканчивает молитву скороговоркой)
«…Да будут слова уст моих и помышление сердца моего благоугодны пред Тобою, Господи, твердыня моя и Избавитель мой!»
Начинает медленно подниматься по лестнице.
К Воронину подходит Воронцов.
ВОРОНЦОВ (насмешливо)
Приветствую благочестивого монсиньора Воронина.
ВОРОНИН
Здравствуйте, сиятельный граф де ля Фер. Как поживаешь, Воронцов? Давно не виделись. Но слежу, слежу. Всё на общественных ристалищах?
ВОРОНЦОВ
Да, мы не прячемся, не келейничаем. Всё на виду. В отличие от вас, шептунов. Зачем пожаловал, Виктор?
ВОРОНИН
За тем же, за чем и ты, Эжен. В чистом поле под ракитой богатырь лежит убитый. А мы с тобой Воронин и Воронцов. Ворон к ворону летит, ворон ворону кричит: «Ворон, где б нам отобедать?». Я слышал, ты поставил на Лориса? Это логично. Он рысак твоей масти. Золотистый в яблоках. А я ставлю на вороного. (Кивает на Победоносцева.)
ВОРОНИН
Что ж. Ставки сделаны. Поглядим, чья лошадь возьмет приз.
Наверху появляется Лорис-Меликов, успокоительно кивает Воронцову, начинает спускаться.
ВОРОНЦОВ
Твоя вороная опоздала со стартом. Извини…
Идет к лестнице. Лорис-Меликов, встретившись с Победоносцевым, почтительно кланяется. Тот осеняет графа крестным знамением, проходит мимо. Лорис-Меликов быстро, молодо спускается вниз.
ЛОРИС-МЕЛИКОВ (отводя Воронцова в сторону)
Дело сделано. Манифест можно публиковать в газетах. Помните, что вы мне обещали.
ВОРОНЦОВ
Будьте покойны. В таких обстоятельствах не до внутренних раздоров. И… спасибо вам. Пока другие говорят хорошие слова, вы делаете хорошие дела. Это у нас в России редкость.
Застывают в рукопожатии, как застывают все, находящиеся в нижнем ярусе. Луч следует за Победоносцевым во второй ярус, где снова загорается свет.
Царь в той же позе, в которой прежде застал его Лорис-Меликов: сидит за столом, обхватив голову руками.
ПОБЕДОНОСЦЕВ (дрожащим от слез голосом)
Боже, этого я больше всего и страшился! Увидеть вас в этот ужасный час совершенно одиноким …Простите меня, простите! (Вытирает слезы.)
АЛЕКСАНДР III (поднимается)
Константин Петрович, я ждал вас! За что вас простить?
ПОБЕДОНОСЦЕВ
За то, что, узнав страшную весть, я поспешил не к вам, а в божий храм. Молиться за бедного государя. И за бедную Россию. Но Россия большая и сильная, она выдержит. А надо было думать о вас, о том Саше, которого я учил когда-то любить законы человечьи и Божьи.
Обнимаются. Александр III глухо рыдает. Победоносцев гладит его по спине.
ПОБЕДОНОСЦЕВ
Ужасное испытание от Господа, ужасное… Его надобно выдержать. Не возроптать, не согнуться, не сломаться. Стать выше, чище, сильнее… Через какой грозный порог угодно Богу провести вас в новую судьбу вашу! Вся душа моя трепещет за вас. Несказанно тяжкое бремя на вас возложено…
АЛЕКСАНДР III
Да, да… А знали бы вы, как мне страшно… И показать никому нельзя…
ПОБЕДОНОСЦЕВ
Нельзя показать слабость, никак нельзя. И это тяжелее всего, я знаю. Вы должны быть как скала. Особенно сейчас, когда содрогнулись самые стойкие. В первые дни царствования очень важно явить себя богатырем, Ильей Муромцем, который удержит на своих могучих плечах всю Русскую землю. Ни слезинки на людях. Никаких колебаний. Не упускайте ни одного случая заявлять свою личную решительную волю. Говорите твердо и ясно: «Я так хочу» или «Я не хочу этого».