Джордж Буль попытался что-то сказать про банкира на третьем этаже, но офицер приподнял девушку, сунул её в руки детектива, облил парочку водой из ведра и вытолкал в коридор.
* * *
Ершов оглядел пустой коридор, плотно закрыл огромную двустворчатую дверь в холл и побежал на второй этаж. От дыма слезились глаза, и болела грудь. Николай закашлялся, но методично открывал двери комнат, проверяя их. Последняя дверь была заперта. Маленькое окошко с решеткой и металл двери напомнили Ершову обычную касса. Он постучал кулаком и громко закричал:
- Есть кто живой?
Окошко распахнулось, выглянул старик лет семидесяти, седой и сморщенный. Он обреченно посмотрел на Ершова.
- У меня нет ключа от двери. Во избежание ограбления, - прошамкал он совершенно спокойно.
Ершов осмотрел дверь, петли выходили наружу и были, на первый взгляд, совершенно обычными.
- Дедуля, шило есть?
Старик недоуменно подал Ершову шило.
- Рот открой, уши закрой и спрячься под стол. Я попробую взорвать дверь.
Старик обрадовано кивнул головой и закрыл окошко.
Ершов открыл дверь в соседнюю комнату, затем подвесил на шиле гранату и резко дернул терку. Хорошо, что дверь в комнате отрывалась наружу, а стены были крепкие. В помещении взрыв оказался почти неощутим, Ершов отделался легкой контузией, даже без потери сознания. Маленькое дрожание конечностей и шатающаяся походка в счет не шли. Николай вышел, попытался снять дверь в кассу, но вторая петля не давала. Ершову стало всё безразлично.
"Если я воспользуюсь второй гранатой, то шансы добежать до комнаты есть, а закрыть за собой дверь - это под вопросом", - медленно перекатывались шарики и ролики в голове Ершова. Руки сами достали любимый нож, закрепили на второй петле последнюю гранату и дернули терку. А ноги бежать не хотели. Всё происходило медленно, нереально, как во сне. Вот уже Ершов в комнате, падает, держась за ручку двери. Она беззвучно хлопает, Николай открывает рот, глухо хлопает запоздалый взрыв, и он теряет сознание.
Минут через пять Ершов выполз в коридор, где столкнулся нос в нос со стариком-кассиром.
- Нужно спасать деньги, - беззвучно закричал старик, выволакивая за собой мешок.
- Ползи в комнату. Откроем окно и спрыгнем. Фигня, всего шесть метров высоты! - пытался быть услышанным Ершов.
Из окон первого этажа поднимались мощные клубы огня и дыма. Ершов попытался высунуться и отпрянул внутрь.
- Бросай свой мешок, - крикнул Николай старику, вырвал у него деньги и выбросил наружу.
Старик тут же вскарабкался на подоконник и решительно спрыгнул вниз. Приземлился он крайне удачно, лишь слегка отшиб ноги. Старик тут же бросился собирать рассыпанные по мостовой однодолларовые банкноты. Он дрался с зеваками, те собирали чужие деньги, он звал не помощь полицию, он плакал от бессилия.
Клячкин подогнал под окно коляску, лошадь храпела, испуганная огнем.
- Прыгай! - закричал Сергей.
Ершов спрыгнул на откидной верх коляски, тот сложился и Николай больно ударился о мостовую, упав на спину. Это не помешало ему вскочить, быстро забраться в коляску и закричать:
- Гони!!!
Они отъехали два десятка метров, и в коляску запрыгнули оба казака.
- Господин инженер! Посмотрите туда, - указал один из казаков на окна третьего этажа. Оттуда выглядывали банкир и его секретарь.
- Когда же он успел вернуться! Как это случилось! - закричал в ужасе Клячкин.
- Останови, посмотрим, чем закончится пожар, - предложил Ершов.
- Нет. До отхода поезда осталось полчаса. В Вашингтоне узнаем: выжил он или нет. Вести переговоры теперь бесполезно.
* * *
В Вашингтоне Клячкин первым делом посетил Ребекку, выбрав момент, когда её отец ушел на работу. Привезти конфеты из Нью-Йорка он не смог, но Ершов снабдил его парой коробок из своего магазина в столице.
- Серж, что там случилось в Нью-Йорке? Папа вернулся домой вчера, а сегодня он получил телефонограмму об ужасном пожаре, и нелепой смерти мистера Шиффа.
- Два дня назад мы встречались с мистером Шиффом. Он обещал подумать над моей просьбой, но предупредил, что решит мой вопрос нескоро. Я решил уехать в Вашингтон, так как связаться со мной мистер Шифф мог только через вашего отца. Для меня всё это новость.