- Заинтриговал! Поехали.
Заводилась машина легко, с пол-оборота, с помощью стартера и аккумулятора.
- Ты знаешь, Коля, что немцы украли у тебя конструкцию свечей и перешли в своих двигателях с калильного зажигания на свечи? - спросил Валера, пока двигатель разогревался.
- Свечи изобрели во Франции больше тридцати лет назад еще для газовых двигателей, - вяло отбился Ершов.
- А я аккумулятор сделал новый. Заменил твой деревянный корпус на эбонитовый.
- Три килограмма веса экономии? - скептически отозвался Ершов.
- Целых пять кеге! Аккумулятор стал компактнее и надежнее. Я одел положительные пластины в эбонит с прорезями. Чехлы такие, или мешки дырявые, ну, ты понимаешь.
- У меня на заводе во Владивостоке еще полгода назад стекловойлок начали делать. Гавно, конечно, но дешево и надежно, - возразил Ершов, - Кто придумал использовать эбонит? Сам что ли?
- Ленка придумала. Умная, до невозможности.
- Ты путаешь. Хорошая память и интеллект - это разные вещи. Со мной в общаге жил один очкарик, он в первом семестре сотню теорем по матанализу заучил наизусть, не понимая доказательств. Ему так было проще. Потом три семестра, правда, пытался разобраться.
- Не понимаю, зачем он матанализ в список предметов включил?
- Гы-гы-гы, - заржал Ершов, - Сосед на меня насмотрелся, мне математика легко давалась. Вот он и записался. Слушай, Валерка, мы же прилично выпили! Как поедем?
- Не ссы! Тут окраина, гайцов нет! Их вообще нет!!! - Бузов, казалось, был полностью счастлив.
Из гаража Бузов выехал смело, чуть не задев задним бампером за стойку ворот. Привратник резво распахнул ворота, снял фуражку и одобрительно поцокал вслед. Бузов почти сразу включил вторую передачу и набрал приличную скорость.
- Третья передача - прямая, - сказал Валерка, разгоняясь до сорока километров в час.
- Твой триплекс мутноватый какой-то, хреново видно. Мог бы закалить стекло. Помнишь в троллейбусах стояли стекла, от удара разлетались в мелкую крошку, которая не режется. У него прочность в десять раз выше становится, - дал совет Николай.
- С закалкой не пробовал. Ленка сварила партию посуды из огнеупорного боросиликатного стекла, не сама лично, конечно. Дорого! И триплекс дорого, всё дорого. Машина обошлась в десять тысяч рублей. Если делать серию в десять тысяч штук, то можно выйти на пять тысяч рублей. Кто купит??? Я попытался собрать заявки, оценить спрос. В столице меньше двух сотен желающих, в Москве вообще полсотни.
- Нормальная цена выходит. Жестяная Лиззи стоила две тысячи рублей, так она твоему монстру в подметки не годится, - подбодрил Николай Валеру, - Спрос появится мгновенно. Стоит одному купцу проехаться, как тут же сосед захочет себе такую же игрушку. Ты заметил, в Питере спрос в четыре раза выше, чем в Москве. Потому что публика видела машину.
- Нужно озадачить жену рекламой.
- Валера, ты сколько привилегий на автомобиль получил?
- Чуть меньше сотни. Сложная машинка. Патентами в Европе и США юрист занимается. Пока одни только расходы.
Небольшой ровный участок быстро закончился, и пришлось притормозить до двадцати километров. Жители десятка усадьб, стоящих вдоль дороги, со скукой проводили глазами автомобиль, морщась от вонючего выхлопа.
- Мне пришло приглашение на участие в "гонке" Париж-Руан. Первый приз пять тысяч франков - это тысяча двести рублей. 19 июля отборочный тур, через три дня старт "гонки".
- Поедешь?
- Да. Заказал прицепной вагон. Через неделю отправляюсь. Ты не волнуйся! По твоему меморандуму я уже обо всем договорился, осталось только подписать. Главное попасть на прием, что не так просто. Сразу принять нельзя, потеряешь лицо. Я завтра на банкете увижу кого надо, попрошу поторопиться. Скажу, что тебе опасно долго находиться на одном месте, японцы охотятся, могут убить. Кстати, Коля, тебя, правда, пытались прикончить?
- Пытались. На Гавайях - японцы, в США - Якоб Шифф, в Англии - японское лобби. В результате, Серый был страшно расстроен, его мессия Якоб Шифф сгорел в банке. Совершенно случайно, я хотел его немного напугать и поджог здание, а Шифф сам себя перехитрил, двойника отправил, как приманку, а сам остался в банке и погиб. Японцы в Европе не посмеют нападать. Уверен.