Этим несчастья не ограничились. Двумя неделями раньше британцы утопили ракетоносец. Тот успел сделать два налета, на Аден и Суэц. Второй поход оказался фатальным. На рассвете корабль забросал ракетами порт, набрал скорость и, оторвавшись от преследования, ушел к выходу в Красное море. Ближе к вечеру, при выходе из Суэцкого залива, его атаковала британская канонерка. Лишь быстрые сумерки позволили, разбитому в хлам, ракетоносцу скрыться и выброситься на Османский берег. Турки отвезли экипаж в старинный городок Акаба, связались с Дигной и запросили за каждого матроса пятьсот британских фунтов, а за офицера в три раза больше. Дигна посчитал такие расценки чрезмерными, и решил выждать, но Володе о предложении рассказал. Дело в том, что в экипаже корабля два офицера и одиннадцать матросов служили еще при Гусеве.
Володе не понравилась жестокость Дигны.
- Зачем ты приказал уничтожать всех? Матросы не виноваты. Ты не задумывался, генерал, почему я готовил из солдат твоего сына снайперов? Чтобы выбивать офицеров!!! Солдата гонят на войну насильно, через страх каторги и даже расстрела, офицеры идут убивать твой народ добровольно. Есть еще политический аспект проблемы. Моряки на британских пароходах расскажут всем о твоей жестокости. Англичане назовут тебя дикарем, в войне с которым допустимы любые методы.
- Я запрошу за моряков такой же выкуп, как турки. Торговля затянется на год. Мои матросы будут молчать. Выгода уже очевидна, британцы не знают, что мой флот разбит, с каждым караваном они вынуждены посылать охрану. Пойми, Владимир Иванович, сейчас британцы трижды подумают, прежде чем напасть на Суакин.
- Да! - обрадовался Гусев, - Торговцы теряют время в ожидании британских кораблей. Такой караван может простоять в порту не одну неделю! Через неделю я смогу связаться с моим другом Клячкиным и поручить ему продажу несуществующей услуги. Я расторгаю с тобой договор, ты возвращаешь мне мои истребители и торпедоносец, британские торговцы и страховщики выплачивают мне двести тысяч долларов, компенсируют штраф, который я выплачу за расторжение договора.
- Никто из торгашей не пойдет на эту сделку. Как ты можешь заставить меня отдать флот? Они сразу заподозрят, что дело нечисто, - тоном знатока возразил Дигна.
- Я могу прекратить поставки торпед, отозвать своих специалистов, - вяло сопротивлялся Гусев.
- Вот и "продай" им это. Со страховщиками я сам договорюсь. Когда они приедут выкупать эти два парохода, я предложу им упростить и ускорить процесс. В Аден и Суэц направлю представителей. Те осматривают груз перед отправкой и выдают разрешение на безопасный проход по Красному морю. Сейчас страховка возросла на тридцать процентов. Я готов удовлетвориться такой маленькой суммой, а торговцам не нужно будет ждать охрану.
- Хорошо. Пусть будет так. Генерал, я хочу сам выкупить моих людей у турок. Дай мне контакты.
Генералы быстро обговорили свои дела, и Гусев заторопился.
- Прости. Мне нужно отплавать.
- Я надеялся, что ты задержишься на пару дней, - сердечно сказал Дигна.
- Проблемы. У моего друга убили жену, а его хотят разорить. Я с большой неохотой потеряю время, заглянув к османам.
- Владимир Иванович, мой тебе совет, Акаба лежит на старинном пути в Мекку. Это отличная дорога к Средиземному морю. Ты потеряешь лишнюю неделю, зато избежишь встречи с британскими властями. Вы вдвоем слишком заманчивый приз. Бумага, выданная консулом в Занзибаре, ничего не гарантирует.
- Я подумаю. У меня есть три дня.
* * *
В каюте Гусев улегся на кровать, закрыл глаза и попытался успокоиться. Франческа мгновенно отослала охрану и Зузу на палубу, а сама присела рядом с мужем и замерла. Пароход дважды погудел, кого-то приветствуя, затем шум машины усилился, даже пару раз звякнула чайная ложечка в стакане. За стеной раздались хлопки в ладоши и притопывания босых ног, Зузу устроила своё обычное шоу, развлечение для мужчин.
Гусев не выдержал, встал и заходил по каюте.
- Этот Дигна - сущий дикарь!
- Что он опять натворил? - всплеснула Франческа руками в мнимом удивлении.
- Перебил весь экипаж подбитого британского крейсера! Ни один человек не спасся.
- Что в этом плохого? Ты в позапрошлом месяце утопил три таких экипажа, - Франческа сделала вид, что не понимает.
- Я не рассчитал мощности взрыва брандера. Экипажи контузило, поэтому никто не смог спастись.
Франческа пожала плечами. Она не стала напоминать мужу, что он направил наутро поисковые команды на берег.
- А в Японии? Ты расстрелял из засады шесть тысяч ополченцев.
- Они были вооружены, а британский экипаж в воде - безоружен, - Гусев удивленно посмотрел на жену.
- Тысячи японцев, проданных тобою в рабство на строительство железных дорог Австралии, это, несомненно, благодеяние.
- Во-первых, нищенская зарплата в Австралии - это огромные деньги для простых японцев. Хуже рабства, чем в Японии нет нигде. Во-вторых, ты на чьей стороне? Жена!
- Ты! Ты!!! Ты меня ни во что не ставишь!
Гусев сделал шаг вперед и обнял жену.
- А конкретно? - ласково погладил он её по спине.
- Ты перевел Бузову все наши деньги. Мы теперь в долгах по уши, - захлюпала носом Франческа, - А меня не спросил!
- Хорошо. Спрашиваю. Тот миллион, что у нас с собой, ты разрешаешь отдать Бузову? - нежно прошептал на ухо жене Володя.
- Нет! Зачем? Ты ему уже дал столько, сколько он просил! - Франческа вырвалась из объятий мужа и недоуменно посмотрела ему в глаза.
- Из Валерки коммерсант, прямо скажем, никакой. Понятно, что у него огромные финансовые проблемы. Возможно, и пяти миллионов не хватит, чтобы их решить. Где Ершов? Почему финансами занимается Бузов? Внятного ответа я так и не получил.
- Вова, но если Бузов потратит и этот миллион, мы не сможем вернуть долги! - запаниковала Франческа.
- Я продадим свою новую родину за миллион! Получу взятку от британских банкиров. Думаю, моя доля в золотых приисках стоит тысяч триста. Если Клячкин не успел их заложить. Бузов, наверняка, бросился к нему в первую очередь. Через неделю придет очередной транш из Берлина, там двести тысяч мои. На Гавайях у нас имущества тысяч на триста.
- На пятьсот, - поправила жена, - И останемся голышом!!!
- Не бойся, я с тобой. Я прокормлю тебя, родная моя!