— Да. Вот так и живем. Ни в чем себе не отказывая, — рассмеялся Гусев.
— К старости понравились женщины в теле? — ехидно спросил друга Сергей.
— Индира!!! — крикнул Гусев.
Гордая принцесса важно вошла в комнату, как будто в тронный зал.
— Да. Вот так и живем. Ни в чем себе не отказывая, — заржал Гусев.
— Двое — это не слишком?
— Слабак!
— Приедет баронесса. Она им волосы все повыдергивает, а тебе…
— Не баронесса, бери выше, виконтесса! Она вышла замуж, — грустно сказал Володя, — Сердце болит. Не напоминай.
— Индира на неё похожа.
— И не только внешне. А Девика — золото. Идеал. Умна, добра, красива, покладиста…
— Но ты её не любишь.
— Увы. Совсем.
Клячкин посмотрел на толстушку мужским, оценивающим взглядом.
— Даже не думай! — вяло запротестовал Гусев.
— О чем ты? Я старый, больной человек. Нужно поторопиться с переливанием крови, — логично завершил свою мысль Сергей.
Спустя неделю Клячкин получил две дозы молодой крови, и стал появляться у Гусева каждый вечер.
— А что, я сегодня Девику не увижу? — жалобно канючил Сергей.
— Ты ей совсем не нравишься, — насмешничал Володя.
Глава 10
Аден и Басра
Дигна приехал на одном пароходе с Зайлером. Гусеву это показалось подозрительным. На первой встрече главным был султан Занзибара. Дигна привез ему подарок: двух девушек в гарем. Зайлер ограничился договором о разграничении прав колонии и метрополии. Германия сделала еще один подарок султану: потребовала международного суда для взыскания компенсации с Британии.
На торжественном обеде германский посланник, мальчишка лет двадцати пяти, нахальный, рыжий, усатый, усиленно отвлекал Гусева от Зайлера. Халид ибн Баргаш пару раз пытался сделать разговор общим, но безуспешно. Дигна лишь только уточнил время завтрашней встречи с Гусевым, и, скучая, наслаждался танцами красоток под волшебную музыку оркестра. Володя сделал глоток терпкого кофе с коньяком, спиртного за столом не было, и перестал слушать болтовню рыжего немца, даже реплики «хм» прекратил подавать. Гусев ничем не рисковал, его мрачный нрав, и отсутствие светского воспитания было общеизвестны.
— Поговаривают, будто ты убил русского монарха, — вклинился в разговор Дигна.
— Ха!
— Будто он возжелал обидеть твоих любимых казаков?
Рыжий немец замолчал и застыл, весь во внимании.
— Я убиваю только за деньги, — максимально цинично сформулировал Гусев.
— Что-то подобное я уже слышал… «Ничего личного. Только бизнес», — улыбнулся негр.
— Это поговорка гавайского короля, — уточнил Гусев.
— А у Ершова есть «бизнес» в России? — напал на след Дигна.
— На кой тебе сдалась далекая снежная страна? Там в столице по улицам ходят медведи, — рассмеялся Гусев.
— А еще там чиновники воруют, — не выдержал рыжий немец.
— У нас в Судане чиновники тоже воруют. Конечно, не все, — поддержал друга негр.
— Я из-за тебя пропустил эротическую сцену. У танцовщицы, вторая слева, на минуту приоткрылась грудь, — вроде бы рассердился Гусев.
Халид ибн Баргаш, который должен был бы увлечен беседой с Зайлером, что-то прошептал слуге, и через пару минут у Володи появилась очередная наложница.
— Надо осторожнее шутить, — заметил Дигна, поглядев на грустное лицо Гусева.
Вечером Володя завалился к Сергею с бутылкой красного сухого вина.
— Серый! У тебя сегодня было переливание крови. Вино абсолютно сухое, без сахара. По фужеру, думаю, можно.
— Что за повод? — ехидно поинтересовался Клячкин.
— Я через три дня убываю на охоту.
— И???
— Ты был прав, Серый, двое — это слишком!
— Я уже в курсе. Трое — это слишком!!! Ты, как обычно, наказан за свой несдержанный язык.
— Девику ты забираешь только с её полного согласия.
— Такая женщина никогда не будет в восторге от твоих «командировок» по десять месяцев в году. Я её уговорю за десять минут.
Клячкин был излишне самонадеян, женщина взяла время на обдумывание — два дня.
Дигна и Зайлер были шокированы авантюрным планом Гусева. Володя предложил объединить усилия трех сторон, чтобы Судан мог захватить Египет. Гусев со своей армией захватывает арабскую часть Оманской империи, от Адена до Басры; начинает экспансию с Адена, где захватывает все суда и использует их для перевозки «завербованного» населения в Судан через Суакин. Проводить караваны через Синкат и Эль-Теб — это забота Дигны. Когда наступит жара, в действие вступает Германия, она вывозит на своих транспортных судах «завербованное» население в Судан через Суэцкий канал и по реке Нил. Дигна мобилизует суданских крестьян в армию, а на их место «сажает» арабов из Адена и Басры. Британия принимает превентивные меры — начинается эскалация конфликта.