Лёжа в постели с головы вон не шёл Аугуст. Немой неравный спор долго занимал мои мысли. «Симпатия? Нет! Обычная вежливость, не более того. Надумала ещё», – отрезала я себе и повернулась набок. Сон коснулся тела, и веки сомкнулись. Неожиданно меня разбудило тихий хрип в углу комнаты. Я открыла глаза и приподнялась на локтях.
– Баран Андрей так занят подружкой, что не подозревает как часто его прихвосты забывают закрыть ворота, – Витя стоял в самом тёмном углу, а его силуэт был еле различим во мраке комнаты.
Он сделал шаг вперёд под лунный свет, и я увидела его лицо. Оно было искажено до неузнаваемости. Точно нервным тиком дёргались губы и брови, руки были напряжены до дрожи в кривых пальцах. Стеклянные глаза вгрызались в меня. Парень точно одичалый крался к подножью кровати. Язык парня заплетался, он путался и часто повторял одни и те же фразы. От страха я замерла не в силах пошевелиться.
– А я тебя предупреждал. От меня не спрятаться. Дом полон людей, но ты сейчас одна. Всегда одна. Ты трясёшься от страха быть… какой? Как мой отец? – Витя склонил голову и остановился прям у моих ног. – Мой отец мёртв по твоей вине, дрянь! – вскрикнул парень, и слёзы без предупреждения покатились по его шее. – Ты чёрт без хвоста, но с рогами. Как олень с рогами. Потому что глупа. Глупа как серая мышь. Ты ж боишься меня, потому что считаешь себя виноватой, – молодой человек неожиданно выбросил руку, будто протягивая её ко мне.
– Что ты хочешь? Ты хочешь извинений? Я извинюсь. Я не знала, чем всё обернётся. Я… – голос неподконтрольно задрожал.
– Твои извинения не поднимут моего отца. Чего я хочу? Я хочу, чтобы ты была моей. Ты должна была быть со мной. Посмотри на себя. На кого ты похожа? Ты с кем в один ряд встала? Потёрлась с несчастной простушкой, а она теперь гниёт в руках старого мужа. Сейчас же твои руки целует бездарный писатель. Скажи, как его зовут? Аугуст? Да, он иссохнет рядом с тобой, так и знай. Ты не должна быть здесь. Ты пользовалась моей добротой. Ты пользовалась мной. Довольна? Довольна тем, что сейчас со мной происходит? Я сошёл с ума. Я псих, Марлена. Всему виной ты. Ты всем им испортила жизнь. Всем! Ты магнит проблем! А от проблем нужно избавляться!
И я почувствовала удар в живот. Сила удара была такой, что, казалось, меня сломало пополам. Необъяснимое тепло разлилось по пупку. Я коснулась мокрого пятна и поднесла к лицу. Пальцы были перепачканы в вязкой крови. К горлу подступила тошнота.
– Это не твоя кровь! Это кровь тех, кого ты убиваешь сама! – эхом бился крик Витя об остатки моего угасающего сознания. Разом боль отступила. Тьма объяла меня, а вместе с этим и забрала мои силы. «Я умерла?»
Мои глаза распахиваются от собственного крика. Я хватаюсь за живот и судорожно ощупываю его руками. Ничего. Это был кошмар. Я присаживаюсь на край кровати и стираю холодный пот со лба. «Надо же присниться такому. Мой страх перед Витя сильнее, чем я думала». В комнату без стука вбежал Андрей с зажжённой лампой.
– Что за шум? Ты плохо себя чувствуешь? – несмотря на то, что мужчина был сонным, я его явно напугала своими ночными криками. Из-за спины Андрея выглядывала настороженная Лидия Леонтьевна, которая очевидно его подняла на ноги.
– Кажется, мне приснился кошмар, – я обхватила голову руками и слегка сжала волосы.
– Кошмар? Кошмары – это плохо, – сделал нелепый вывод Андрей. Он мягким жестом прогнал служанку и сел на край кровати, сонливо потирая глаза. – Хочешь поделиться?
– Ничего особенного, – мне не хотелось переживать это ещё раз, поэтому решила не вдаваться в подробности своего кошмара.
– Настолько «ничего особенного», что ты весь особняк подняла своим криком.
– Снился тот самый дурной карманщик. Боюсь, что он…
– О, о наболевшем. Игры нашего разума. Читал недавно книгу о снах. Интересная вещь. Хочешь дам тебе, поизучаешь? Этого года книга, – Андрей засуетился.
Я отмахнулась от его идеи и прилегла обратно. Засыпать вновь совсем не хотелось. Я смотрела в потолок, рассматривая небольшие трещины, которые были невидимы на первый взгляд. Андрей понял, что я не настроена на беседу.
– Что же, – мужчина ласково пригладил меня по плечу, – я пойду. Если вновь тебя забеспокоит кошмар, я на втором этаже. Приходи ко мне. Если хочешь воды или более назойливой компании, то рядом Лидия Леонтьевна.