– Благодарю, Яковский. Ваши непрошенные советы как всегда кстати, – я сердито размела руками плотный дым.
– Не роптайте, Марлена. Вас ждёт приятный уговор, – игриво произнёс мне в спину Аугуст и проводил выдохом смрадного тумана.
У кабинета Дмитрия Юрьевича мной овладело волнение. Будто бы поздний неформальный формат встречи не предвещал обещанных приятностей. Пока я боролась с нерешительностью, сзади выросла чья-то фигура, и широкая ладонь коснулась моего плеча.
– Если позволите стать Вашими ушами, то мои совсем не будут лишними, – Аугуст сопроводил меня в кабинет, оставаясь позади.
Вольгран качался на стуле и даже не спросил, кто его так поздно побеспокоил. Его рубашка была расстёгнута на пару пуговиц больше, чем обычно. На груди виднелись поседевшие волосы, в которых путался нательный крестик. Вольгран держал в руках трубку и старательно её раскуривал.
– Ещё раз спрашиваю. Точно уверен, сын мой? – пожилой мужчина с некоторым презрением смотрел на меня, но когда его взгляд пересекался со взглядом Аугуста, по-отечески теплел.
– Да, Вольгран, да! – Аугуст заговорил поверх мужчины, чтобы я не слышала их разногласий.
– Многоуважаемая Марлена, – буркнул Дмитрий Юрьевич, – типографии необходим помощник. Печатный помощник.
– Мой помощник, – прошептал мне в затылок Аугуст. Волосками я ощущала его тёплое дыхание. Я едва сдержалась, чтобы не дёрнуться словно от щекотки рёбер. Мужчина явно получал удовольствие от происходящего.
– Это должно быть шутка. Я совсем не готова… – я всматривалась в притязательное выражение лица Дмитрия Юрьевича. Казалось, что оба мужчины надо мной задираются.
– Аугуст, в чём дело? – моя растерянность заставила пожилого начальника снова усомниться в своём решении.
Мужчина общался исключительно с Аугустом и не воспринимал меня как живого участника беседы. Он надеялся, что все, находящиеся в этом кабинете, дружно передумают допускать совершенно бестолкового человека к серьёзной работе.
– Марлена согласна. Не верит своему везению, – писатель похлопал меня по спине, чтобы я пожала руку Дмитрию Ивановичу.
Я видела большие сомнения во взгляде Вольграна. Стиснув зубы, он неотрывно смотрел на Аугуста в желании заругаться вслух.
– Это было Ваше желание? – настороженно поинтересовалась я после того, как Дмитрий Юрьевич покинул кабинет. Казалось, что Аугуст вот-вот загогочет над моей наивностью и вручит на горб пару кип бумаг.
– Думаю, это совсем неважно, – уклончивый ответ писателя заставил меня приулыбнуться.
– Что же, спасибо, – негромко пробормотала я.
– Можете осваиваться. А если захотите, то даже поработать, – сказал Аугуст и развернулся вслед за Дмитрием Юрьевичем.
– Постойте. И чем же я могу помочь типографии? – я упала в кресло Дмитрия Юрьевича и вооружилась его пером для письма. Белое перо гуся было мягким и приятным наощупь, отчего хотелось коснуться им лица.
– Не типографии, а мне. Вы же мой помощник, – мужчина вальяжно облокотился о ручку двери, наблюдая за моим баловством.
– Чем же я могу помочь Вам, Мистер Яковский? – я манерно облокотилась на стол двумя руками. Мне виделось, как Аугуст желает оказаться ближе, но старательно держит дистанцию.
– Обойтись без приключений. Всего-то. Не сложно, правда?
Мужчина медленно подступился ко мне и остановился настолько близко, что я могла бы докоснутся до него рукой. Приятное чувство разлилось по всему телу от столь близкого присутствия. Наверное, мы могли так стоять очень долго, рассматривая друг друга, но общий покой прервал настойчивый стук. Я сразу же отвернулась от Аугуста и закопалась в бумагах, которые были разбросаны на столе Вольграна.
– Дмитрий Юрьевич сказал, что Вы здесь, – двери приоткрыла молодая девушка, которая держала небольшую стопку заготовок для грядущих книг. – Это то, что работники сделали за выходные. Эскиз обложки нашего печатного сборника стихотворений.
– Поблагодарите каждого лично. Можете оставить их на моём столе и возвращаться к работе, – Аугуст был недоволен визитёрше. Его лицо вмиг омрачилось и выглядело несколько недружелюбно.