К концу года остатки японской армии оказались в Пусане, где они основательно окопались. Георгий, после разгрома английского флота, устроил полную блокаду Японии, его миноносцы полностью прекратили всякое сообщение между Японией и Кореей, так что теперь даже на рыбачьей лодке было невозможно что либо перевести. Поскольку японцы всё ещё не сдавались и не желали прекращать эту войну, Георгий решил подтолкнуть их к этому. Благодаря воздушной разведке с дирижаблей, он имел все данные о японской обороне в токийском заливе. Ранним утром 19 декабря 1904 года, к токийскому заливу подошла вся эскадра Георгия, он даже отозвал все миноносцы, что бы они защищали большие корабли от возможных атак японских миноносцев. Рассвет ещё не наступил, когда подошедшие к входу в токийский залив корабли открыли огонь по береговым батареям. Расположившись за пределами их дальности, линкор с тяжёлыми крейсерами приступил к обстрелу фугасными снарядами позиции японской артиллерии. Пока большой брат разбирался с береговой артиллерией, на десяток миноносцев установили минные тралы и они принялись тралить проход. Через час, когда с артиллерийскими батареями было покончено, эскадра Георгия неторопливо двинулась вглубь Токийского залива, следуя за тральщиками. По дороге они ещё трижды ненадолго останавливались, смешивая с землёй японские береговые батареи, пока наконец не подошли к Токио. Показательно встав на якоря, немного за пределами дальности японских орудий, линкор с тяжёлыми крейсерами открыл огонь по японской береговой артиллерии. Убедившись, что все орудия уничтожены, в порт Токио двинулись лёгкие крейсера и три танкодесантных корабля, на которых находился полк морской пехоты на бронеавтомобилях. Подойдя к пирсам, десантные корабли открыли носовые аппарели, и по выдвинутым из них трапам на берег двинулись бронеавтомобили. Японцы попробовали их остановить, но у них ни чего не вышло. Артиллерии у них не оказалось, а стрелковое оружие оказалось бессильно. Пулемёты бронеавтомобилей стреляли не переставая, у них даже стали перегреваться стволы, а японцы всё лезли и лезли на них. Десант тоже стрелял в амбразуры, помогая пулемётам.
Едва только солнечные лучи показались над горами, как к божественному Тэнно подошёл офицер охраны и сообщил, что гайдзины уничтожив береговые батареи на входе в Токийский залив, двинулись дальше и скоро будут тут. Понимая, что сам он сейчас ни чего не сможет сделать, император Муцухито покинул свой дворец и Токио. Не успел он со своей свитой и семьёй даже покинуть городские пределы, как со стороны моря послышались орудийные выстрелы. Расположившись в паре десятков километров от города, он стал ждать дальнейшего развития событий и они его отнюдь не порадовали.
Георгий особенно не торопился, задачи застать японцев врасплох у него не было, а потому он всё делал, хоть и не спеша, но основательно. Находясь за пределами действий японских батарей береговой обороны, он в щепки разносил их огнём своих орудий главного калибра. Расход снарядов хотя и был достаточно высоким, но не критичным, во-первых, противника, которого ему стоит опасаться больше рядом не было, а во-вторых, в составе эскадры были и транспорты с запасом необходимых снарядов. Вот поэтому это и не было проблемой, пополнить казематы кораблей было делом нехитрым, а наличие кранов и специальных поддонов для транспортировки ещё больше упрощало и ускоряло эту задачу даже в открытом море. Наконец около 10 часов утра эскадра бросила якорь в порту Токио, остатки японских миноносцев пытались в самоубийственных атаках помешать им, но были ещё на подходах уничтожены огнём эсминцев и своих миноносцев. В токийском порту оказался один сюрприз в двойном размере, это были две подводные лодки Холланда, купленные японцами в Америке. Вот только смертельно удивить русскую эскадру они не смогли, установленные на русских кораблях гидролокаторы сразу их засекли, после чего тяжёлые корабли отработали по ним снарядами главного калибра с небольшим замедлением, так что они сыграли роль глубинных бомб. Поскольку подводные лодки шли на небольшой глубине, то проблем это не вызвало и обе были уничтожены за несколько залпов. Других сюрпризов больше не нашлось и встав на якоря в десятке кабельтовых от порта, корабли открыли огонь, правда теперь работали лёгкие крейсера, но и их 200 миллиметровые снаряды наносили огромные разрушения. Стрелять по императорскому дворцу не стали, хотя он был в зоне досягаемости даже для лёгких крейсеров, не говоря уже про более тяжёлые корабли. Поработали и эсминцы, они вели огнь по портовым постройкам, но не как бог надушу придётся. Они расчистили от японцев пирсы, после чего к ним подошли три танкодесантных корабля и с них на землю, по выдвинутым трапам съехали бронеавтомобили. Мгновенно подавив огнём своих пулемётов малейшие очаги сопротивления, они стали разъезжаться по городу. Три десятка бронеавтомобилей двинулись к императорскому дворцу, их пытались задержать, но не смогли этого сделать. К городскому гарнизону присоединились и горожане, и не только самураи, но и многие простые люди. Современного оружия не хватало, но они, вооружившись отцовскими и дедовскими мечами, бросались с ними на бронеавтомобили. Пулемёты и стреляли не переставая, и не смотря на помощь десанта, который тоже вёл непрерывный огонь по японцам, их стволы перегревались. Улицы Токио буквально покрылись настоящим ковром из мёртвых тел, а в канавы стекали настоящие реки крови. Бронеавтомобили вскоре просто остановились, поскольку не могли проехать по массе человеческих тел. Десант покинул бронеавтомобили и принялся разбирать завалы тел, что бы освободить бронеавтомобилям дорогу, при этом они продолжали насторожено следить за округой, поскольку временами сюда прорывались новые отряды обезумевших японцев и им приходилось вновь открывать ураганный огонь. За это время из подъехавших грузовиков сгрузили новые цинки с патронами взамен расстрелянным, и экипажи бронеавтомобилей лихорадочно набивали их в пулемётные ленты.