Глава 5
Всё время после заключения мира, что Олег был в Трансваале, он следил за ирландцами, вернее за тем, как они тут обустраивались. У Олега были закономерные опасения, всё же ирландцы в основной своей массе католики, по крайней мере, в ИРА. Протестантов среди примкнувших к ней были единицы, а вот буры наоборот, протестанты, причём можно сказать фанатичные. Вот это и вызывало у Олега Опасение про возможные конфликты между бурами и ирландцами на религиозной почве, но к всеобщему счастью этого не произошло. С одной стороны буры были благодарны ирландцам из ИРА за военную помощь против англичан, с другой стороны руководство Трансвааля прекрасно понимало, что англичане при первой удобной возможности снова попытаются их захватить и тогда несколько десятков отлично обученных солдат будут им в самый раз, и на последок общий враг всегда сближает. Словно по взаимной договорённости, буры и ирландцы при общении не касались религии, это что бы не обострять отношения, так что в итоге всё уладилось к взаимной выгоде. У Олега было несколько проработанных вариантов возможных действий, и сейчас получился самый лучший. Финансовая пирамида, с которой и финансировался проект ИРА, длится вечно не могла, она и лопнула перед самой войной, а содержать за свой счёт несколько десятков тысяч человек было накладно, а так их компания послужила катализатором, который запустил процесс, и теперь он вышел на самоокупаемость. Был тут и ещё один существенный плюс, если раньше недовольные англичанами ирландцы уезжали в Америку, где также сталкивались с притеснениями, то теперь все недовольные двинулись в Трансвааль, причём и из Америки тоже. Все годные к службе в обязательном порядке проходили военное обучение, в том числе и боевым действиям в городских условиях, причём на этом делался основной акцент. Руководство ИРА принялось активно готовится к будущим городским боям, в ожидании, когда они наконец смогут высадится в Ирландии и начать освобождать свою страну от английских захватчиков. Наконец закончив все свои дела, Олег отправился из Дурбана в Сан-Франциско, поскольку прямого сообщения с Владивостоком из Дурбана не было. Он не видел свою молодую жену уже считай год и сильно по ней соскучился, так что он буквально считал дни до встречи с ней. Ещё перед отплытием он дал телеграмму в Сан-Франциско с заданием купить ему билеты на рейс до Владивостока, всё же пароход не парусник, тут можно рассчитать достаточно точно дату прибытия, поскольку корабль не зависит от ветра. С учётом форс-мажора, это в основном встречный ветер, который немного замедлит корабль, Олег запланировал плюс три дня к расчётной дате прибытия. Поскольку сразу из Владивостока он назад в Сан-Франциско не поплывёт, то Олег планировал по прибытии, в ожидании корабля немного просмотреть все дела, на скорую руку, а основательно уже по прибытии назад с молодой женой, заодно и ждать рейса будет не так тяжело. Всё прошло как он и рассчитывал, пароход опоздал всего на один день, что в нынешних условиях можно было сказать пришёл вовремя. За два дня Олег проверил отчёты управляющих, ни каких серьёзных огрех не нашёл, было несколько незначительных упущений, так что он можно сказать с чистой совестью и большим нетерпением через два дня по прибытии в Сан-Франциско наконец отплыл во Владивосток. Перед самым отплытием он дал телеграмму жене и родителям, так что в порту его встречала вся родня. Кстати тут рейс прошёл без задержек, правда точного времени прибытия не было, а потому в порту прибытия корабля ждал один из охранников, который и отправил мальчишку посыльного в дом к его родителям, где вместе с ними его и ждала Елена. К тому времени, как пароход подошёл к пристани и пришвартовался, родители с женой уже приехали, причём на машине, уж себя и своих родителей транспортом Олег был в состоянии обеспечить. Как раз заработал Владивостокский автомобильный завод, и хотя основной упор был сделан на грузовики, поскольку они нужны были и для доставки всего необходимого и для строительства бронеавтомобилей, но и небольшое количество легковых машин также было запланировано. Первая партия легковушек была бронированной, она предназначалась для местного начальства и собственно самих работников компании. Из этой партии одна бронированная машина предназначалась и тестю, ротмистру Большакову, всё же начальник жандармского управления города значительная величина и тут дело даже не столько в престиже, а в том, что для всяких революционеров он лакомая цель. И кстати большую роль тут сыграло именно то, что тесть был именно начальником жандармерии, ещё одну бронированную машину выделили городскому градоначальнику Маковскому, и это не говоря о губернаторе края и начальнику жандармерии, иначе он просто съел бы тестя. Известие, что тесть получил машину, распространится мгновенно и для его начальства это станет настоящим бельмом на глазу, вот и отправили такие же машины губернатору и начальнику жандармерии. Кроме того всё это играло на общий имидж компании и личное отношение к ней городских и губернских властей, а тут без постоянных напоминаний о себе всё хорошее быстро забывается.
Вот так, из порта Олег с семьёй ехал на двух машинах, отца и присланного сотрудника службы безопасности, который его и ждал в порту. Они уже подъезжали к усадьбе Олега, которую успели построить за время его отсутствия, когда внезапно на дорогу выскочил молодой человек и бросил в машину свёрток. Раздался взрыв, свёрток с бомбой немного не долетел до машины, и хотя связка динамита, которая находилась в свёртке, не смогла пробить броню машины или выбить стёкла, но машину сильно качнуло, а Олег закричал водителю немедленно остановится. Хорошо, что бомба оказалась безоболочечной, и не только потому, что была безопасней для машины, но и потому, что шедшим по тротуарам прохожим досталось только взрывной волной. Хотя они и получили контузии различной степени тяжести, зато обошлось без открытых ран. Одновременно с этим к машинам подскочили еще четверо молодых людей с револьверами и открыли по ним огонь, хотя у нападавших оказались револьверы Смит и Вессон калибра 4,2 линии (9,7 миллиметра), но их мягкие свинцовые пули лишь бессильно отскакивали, как от брони кузова, так и от толстых бронированных стёкол машины. Достаточно многочисленные прохожие бросились убегать, так что риск задеть посторонних значительно снизился. Если вторая машина, в которой ехали его отец с матерью не задерживаясь рванула вперёд, то вот из машины Олега, почти одновременно выскочили водитель со вторым телохранителем и сам Олег.
— Живыми брать уродов! — Успел крикнуть Олег охранникам, после чего и сам открыл стрельбу, целясь в плечо молодого парня, выглядящего студентом. Стрельбу Олег любил и тренировался регулярно, так что уже вторым выстрелом он попал своему противнику в плечо правой руки, от чего тот выронил свой револьвер на дорогу. Охранники тоже показали класс, ранив своих противников также в плечи, а вот четвёртому налётчику не повезло, один из охранников попал ему точно в лоб, не ушёл и бомбист, увидев, как падают его товарищи, он решил сбежать, но тут Олег выстрелил ему в ногу, благо, что расстояние было не большим, и получив пулю в ляжку, он упал на дорогу. Елена, оцепенев от страха, всё это время просидела в машине. Отбросив подальше револьверы нападавших, Олег с охранниками сначала связали их, и только затем стали их перевязывать, что бы те не умерли от потери крови. На выстрелы уже через пару минут примчались первые полицейские, а минут через двадцать приехал и тесть с десятком жандармов.
— Здравствуйте Николай Петрович, вот уж не думал, что наша встреча по приезду состоится в таких условиях. — Сказал Олег тестю, пожимая ему руку.
— Что тут у вас случилось?
— Да вот уже почти до дома доехали, как сначала вон тот урод в нас бомбу кинул, а те четверо молодчиков стали стрелять по машине.
— Смотрю ни кто не ушёл?
— Нет, из непосредственных исполнителей ни кто, но теперь надо ещё у них выяснить, кто ещё входил в их группу, а главное, кто отдал приказ.
— Думаешь скажут?
— Скажут, ни куда не денутся, вот только Николай Петрович, пусть с ними сначала наши специалисты поработают, ведь сейчас их к вам в управление увезут?
— Разумеется, Олег, думаешь наши дознаватели хуже твоих головорезов?
— Мои, как вы сказали головорезы, учились проводить допросы, мало кто сможет устоять, но тут дело в другом, есть у нас одно средство, которое языки развязывает, влот только оно очень дорогое и делать его ещё тот геморрой, так что используем его только в исключительных случаях, но тут разоримся.