Обострение борьбы вызвало крайнее озлобление царских властен. «Возмущен известием о беспримерных по наглости бесчинствах в Лодзи, — писал генерал-губернатор начальнику лодзинского гарнизона. — Не за тем посланы войска, чтобы мирволить толпе дерзких уличных манифестантов и допускать безнаказанные убийства воинских и полицейских чинов. Действуйте решительно и беспощадно, как подобает воинскому начальнику, призванному для восстановления попранного государственного порядка»{200}.
Три дня на улицах и площадях Лодзи происходило сражение восставшего населения с воинскими частями, беспрерывно прибывавшими на помощь лодзинскому гарнизону. Каждая баррикада, каждый дом в рабочих районах брались с боя. Лодзинский пролетариат поддержали варшавяне, начавшие забастовку, а в некоторых районах города и строительство баррикад. Остановились заводы в Сосновице, Ченстохове, Домброве. В Петербурге, Москве, Екатеринославе, Минске, Харькове, Луганске, Самаре, Воронеже, Риге, Саратове и ряде других городов комитеты РСДРП выпустили листовки в поддержку польского пролетариата. Высоко оценил действия лодзинского рабочего класса вождь большевиков В. И. Ленин. «…Рабочие, — писал он, — даже не подготовленные к борьбе, даже ограничивавшиеся сначала одной обороной, показывают нам, в лице пролетариата Лодзи, не только новый образец революционного энтузиазма и геройства, но и высшие формы борьбы»{201}. Вместе с тем В. И. Ленин отмечал слабые стороны одиночных и изолированных выступлений рабочего класса: «Эти вспышки бессильны каждая по одиночке. Организованная сила царского правительства может раздавить повстанцев одних за другими, если движение так же стихийно-медленно будет перекидываться с города на город, с района на район. Но объединенные вместе, эти вспышки могут слиться в такой могучий поток революционного пламени, перед которым не устоит никакая сила на свете»{202}.
Крестьяне включаются в борьбу
В борьбе с самодержавием верным союзником пролетариата стало крестьянство. Характеризуя происходившие в 1905 г. в России события, В. И. Ленин писал: «…это была крестьянская буржуазная революция, ибо объективные условия выдвинули на первую очередь вопрос об изменении коренных условий жизни крестьянства, о ломке старого средневекового землевладения, о «расчистке» земли для капитализма, объективные условия выдвинули на арену более или менее самостоятельного исторического процесса действия крестьянской массы»{203}. Крестьянство выступило в поддержку пролетариата, ибо с либералами, среди которых весьма важную роль играли помещики, договориться об «изменении коренных условий жизни крестьянства» было невозможно. Первые же месяцы 1905 г. убедили в этом.
В феврале на очередное заседание кружка земских либералов «Беседа» приехал один из его членов, крупный саратовский помещик II. II. Львов. Сторонник конституции, мирного эволюционного развития страны, он ругал царскую бюрократию с ее произволом, жертвовал некоторые суммы из огромного состояния на школы, больницы и считал, что дружно живет со своими крестьянами. Но «дружба» эта продолжалась только до тех пор, пока крестьяне терпели существовавшие порядки.
Н. II. Львов попросил «Беседу» прервать свое заседание и выслушать его сообщение. «Я видел ужасы, нечто вроде пугачевщины, — рассказывал он. — Началось по соседству с моим имением у кн. Волконского. Крестьяне стали рубить лес (считая его своим. — К. Ш.). У Волконского есть тяжба с ними, в которой он едва ли прав…»{204}На шестой день «беспорядков» приехал саратовский губернатор II. Л. Столыпин с казаками. Собрали на сход крестьян. Но уговорить возбужденную толпу было невозможно. «Когда он (Столыпин. — К. Ш.) стал им грозить, они тоже отвечали угрозами по отношению к полиции и казакам. Тогда, — продолжал свой рассказ взволнованный Львов, — он один вышел к ним и сказал: «Убейте меня». Тогда они кинулись на колени. Но как только он сел в сани, чтобы уехать, в него стали кидать камни. Тут же ранили пристава, несколько казаков и солдат. Крестьяне вооружились — насадили на палки какие-то пики»{205}.