— Вы одинаково с Сергеем говорите. Он тоже любил эти слова: «совместные проекты», «взаимная выгода».
— Ну вот видите. Была эта самая совместная выгода то?
— Была.
— Тогда решайте. Одно могу сказать. Сил у нас много. Ресурсы есть.
— Ну, мы тоже не бедные. Он промолчал, потом, по видимому, нашёл приемлемое решение. Попинав зачем-то столбик оградки, он сказал.
— Вы скажите, что Вас интересует в нашей системе. А я посмотрю, смогу ли Вам чем-нибудь помочь.
— Хорошо. Не секрет. Я ищу одного человека, который вполне может быть в ваших застенках.
Николай вкратце описал злоключения несчастного Василия, не преминув отметить, что прямые поиски привели к такому плохому результату. Упоминание фамилии Ксенофонтова вызвало некое движение на лице Горностаева.
— Давайте так. Завтра в час в «Весёлой Собаке». К этому времени я попытаюсь что-нибудь узнать.
В ресторации было по прежнему шумно и весело. Перед сценой танцевали пары и Николай решил, что это фокстрот. У девиц горели глаза и покраснели щёчки. Им тут явно нравилось, судя по тому, что Надежда лихо отплясывала с немолодым человеком самой поэтической наружности. Ленка сидела с бокалом красного и жадно смотрела на разворачивающееся вокруг мельканье рук, ног и лиц.
— Коля, а может потанцуем — робко спросила она.
— Не-а, солидно ответил Коля. Я на колчаковских фронтах раненный.
Он улыбнулся ассоциации и спросил.
— Ну что, нравится?
— Очень! — ответила девчонка. У нас на Толмачёвском скучно было. А тут весело. И стихи хорошие. Я чуть не заплакала.
Надежда подошла вся смеющаяся над какой-то шуткой кавалера. Тот подставил ей стул и поклонился.
— Ищенко Сергей, корреспондент «Труда».
— Ой, а Булгакова из «Гудка» знаете? — мгновенно отреагировал Николай.
— Мишу-то? Конечно. Я с ним ещё с Киева знаком.
— Постойте, постойте. Это не Вам по наследству достался дом в 16 году.
— Мне, мне. Зато погулял. Сейчас так не гуляют. Не та нынче молодёжь пошла. Не та.
Что-то наверное отразилось на его лице. Он заметил пристальный взгляд Надежды.
— А не подать ли нам ещё вина. Сергей, давайте к нам, мы тут недавно пароход продали, так что гудим по полной. Надя, Сергей удивительный человек. Ему в 1916 году по завещанию от тётки достался 6 этажный доходный дом в Киеве. Так вот он умудрился за год его прогулять. Все вокруг ходили и дивились такой глупости. Но тут грянул 17 год. И все ходили и дивились его предусмотрительности. — Николай с ходу рассказал еще пару анекдотов такого толка с целью направить разговор на предстоящее веселье. Уж очень ему не понравилось взгляд Надежды.
Выходя из ресторана, он спросил Александра.
— А как в городе с горячей водой?
— То есть, удивился тот.
— Мне нужно найти место где есть душ с горячей водой. И где можно побриться, — Николай машинально провёл рукой по двухдневной щетине. А то не комильфо.
— В общем-то есть кабинеты. Там парная и душ. Ну и побрить кому найдётся.
— Вот и прекрасно. Он подошёл к Ленке.
— Зайчонок, поехали в номера с душем, а то я не мылся уже два дня.
Надька отреагировала быстрее. Повернувшись к нему, она скромно спросила.
— А мне можно? Я тоже хочу.
— Поехали — кивнул он Александру. Будем мыться.
Баня оказалась где то в районе Басманных. Без привычных ориентиров Николаю было трудно разобраться в ночной Москве, да и фонари горели далеко не везде. Но было похоже, что проезжали мимо Елоховского Собора. Впрочем, в Москве 23 года было такое количество церквей, которые он не знал, что ошибиться было не трудно. Пока телохранитель решал вопросы, Коля осмотрел своих дам и с грустью подумал, что выспаться, наверное не удаться. Экология, что ли здесь такая, что на подвиги тянет.
Баня напомнила великий анекдот про двух украинцев, приехавших в Штаты на заработки. Получив первую зарплату, один из них говорит другому «Дивись, Никола. Ихние доллары прямо як наши баксы». Ихняя баня была точно как наша Сауна. Те же предбанники с диванами и столами, такие же угодливые банщики. Оставив девиц раздеваться, Николай быстро скинул одежду и пошёл в парную. Там залез на самую высокую полку и с наслаждением лёг. К этим процедурам он относился спокойно, здоровье, сильно расшатанное ещё при рождении, почему то это вполне позволяло. Скоро, правда, дверь открылась и девушки грациозно пошли к нему. Надежда была сильно похожа на сестру, по общей конституции, с поправкой, конечно, на переход от подростка к женщине.