— Господин Оскар Лемберт спрашивает, почему Вы видите опасность справа или из-за рубежа, но не акцентируете внимание на угрозе революционных радикалов, провозглашающий лозунг «Мировой революции»? Он говорит, что их серьёзно беспокоит растущая активность боевых отрядов Коммунистической Партии Германии.
— Скажите, Фриц, господа представляют ситуацию в правящей верхушке России?
— Я думаю не очень. Они всё-таки промышленники.
— Понял, Надя, переведи, что я прошу извинения за многословие, но придётся начинать издалека.
— Таким образом, в партии выделились два направления развития страны: одно видит выход из положения в неослабных атаках на мировой капитал. Его основной представитель — НАРКОМВОЕНМОР Троцкий. Другая группа выступает за мирную передышку. Идея мировой революции не отставлена, просто она перенесена на более поздний срок. Они считают, что надо укрепить базис мировой революции — Советский Союз, и попытаться попозже, но на новом уровне развития армии и индустрии. Неявный лидер этого направления — Сталин. В руках у Сталина — партия и люди. У Троцкого — армия. Сейчас установилось хрупкое равновесие с преобладанием позиции Троцкого. Он герой войны, с ним романтика побед и походов. Люди вернулись с войны — им трудно найти себя в мирной жизни. Политика и экономика не готова принять такое количество решительных людей. Участие в деловой жизни — под моральным табу. Ситуация в России очень напоминает положение в Испании после разгрома мавров — избыток военных, которых некуда деть.
Николай сделал паузу и кивнул Наде на минералку. Та отпила глоток и поставила стакан — дескать, продолжай.
— Германия, ослабленная репарациями и инфляцией представляется наиболее удобным плацдармом для последней попытки победить в Европе. Поэтому круги Троцкого активно работают по подготовке большевистской революции в Вашей стране. Эту линию вынуждены поддерживать все члены правящей элиты.
— Это что — официальная позиция государства? Что же остается от нашего сотрудничества?
— Коммунисты никогда не откажутся от идеи Мировой революции. Только формы её могут быть разными. Я бы не рекомендовал Вам проводить резкую политику по этому поводу. Продолжая начатое дело Вы будете укреплять позиции той группы, которая готова проводить реальную линию. Её победа укрепит германо-советские отношения. С другой стороны, показав опасность наступления красных, Вы можете рассчитывать на поддержку экономики страны со стороны Антанты. Я слышал, что круги связанные с Дауэсом в Америке готовы оказывать серьезную помощь. Не хватает только политической воли. Успешная полицейская операция и у друзей Германии будут все основания для поддержки.
— Но активное противодействие коммунистической политике может вызвать разрыв наших межгосударственных связей. У нас связаны руки. Мы можем легко доказать содействие русских формированию, укреплению и вооружения КПГ, но это усилит позицию тех кругов, которые настаивают на включении нашей страны в системы Антанты.
— А зачем Вы видите противодействие коммунистической политике именно в мерах межгосударственных отношений? Ведь, насколько я понимаю, процесс вооружения компартии идёт нелегально. Ну и что мешает использовать такие же методы борьбы? Я повторюсь, мне кажется, что это чисто полицейское дело.
Коля глотнул чаю. Всё, что он хотел сказать — он сказал. Дальше разберутся без него.
— Господин Лемберт благодарит Вас за столь интересное сообщение. Вам будет оказана любая помощь в осуществлении ваших мероприятий в Германии. Он надеется на плодотворное сотрудничество в дальнейшем.
— Скажи, что меня просили передать ему привет профессор Шевырёв из Москвы, он протянул Наде записочку.
— Господа Шевырёв и Юровский — большие экономисты и с ними очень интересно работать. Передайте им мои наилучшие пожелания.
— У меня будет маленькая просьба. Мне надо открыть счёт в одном из Швейцарских банков. У меня совсем нет опыта операций подобного рода, поэтому я бы с удовольствием воспользовался услугами профессионалов.
— Наш сотрудник в Цюрихе окажет Вам всевозможную помощь. Я сегодня же дам указания.
Фриц продержал их минут сорок политесной беседой об общности культур наших стран, а потом проводил их к автомобилю, в котором они приехали. На переднем месте сидел человек с оружием на коленях. По-моему это Маузер, решил Николай. Серьезные люди и к этому вопросу подходят серьёзно.
В посольстве Сушин уже допрашивал кого-то, и судя по покрасневшему лицу и струйках пота человеку было несладко. Николай привычно позвал его на подоконник и рассказал про Стомонякова. Алексей напрягся и сказал, что надо ехать к нему и там всё выяснить.