Пока его руки, работая самостоятельно, вставляли новую обойму в затворную коробку винтовки, Иван Фролов быстрым взглядом своих глаз осмотрел панораму поле боя. Он остался довольный увиденным, а также достигнутым результатом. Семь подвод вражеского обоза в той или иной мере оказались под обстрелом его ястребков. Рядом с телегами валялись трупы немецких диверсантов, правда, их пока было не очень много. Трава дороги прямо-таки кишела немецкими диверсантами, то тут, то там из нее проглядывали зады немецких диверсантов, спешно расползавшихся в поисках укрытий.
Появилось много раненых и среди ястребков, и среди диверсантов. Восемь девчонок успевали обслуживать свои раненых ястребков, делать им перевязки. Раненые диверсантов, оставленные без внимания, громко стонали, кричали и вопили от боли, на немецком языке громко молили о помощи.
Пробегая своими глазами по полю боя, Иван Фролов обратил внимание на то, что на правом фланге, особенно хорошо поработал лейтенант Егоров. Он сумел своим дегтярем положить на землю восьмерых ездоков последней, седьмой телеги обоза. Этой же телегой и убитой лошадью он запер немцев, как бы в окружении, сейчас они не могли прорваться вперед или отойти назад! Тем временем Виктор Егоров вместе со своим пулеметом выполз прямо на полотно дороги, а там, завалившись в глубокую колею, он начал насквозь простреливать еще не созданную оборону противника. Вскоре во многом благодаря его пулемету дорога полностью очистилась, а оставшиеся в живых диверсанты снова попрятались по своим кустам.
Обойма с патронами снова встала по месту в затворной коробке, Фролов правым глазом приник к ее прицелу. Именно в этот момент четверо немецких диверсантов стали продвигаться вперед, чтобы попытаться своими силами освободить дорогу от убитых лошадей и подводы. Первым делом Иван попытался установить, откуда, из какого именно места эта четверка немцев выдвинулась на дорогу. Он разыскивал место, где мог бы прятаться обер лейтенант Картинг. Но с позиции Ивана очень плохо просматривался тот участок местности, тот кустарник, откуда, возможно, и появились эти слишком уж проворные немецкие автоматчики.
Рядом с Иваном Фроловым вдруг послышался протяжный женский стон, как будто неподалеку умирала женщина! Скосив свои глаза по направлению этого стона, Фролов увидел девчонку со снайперской винтовкой в руках. Видимо, она слишком долго провозилась с перезарядкой обоймы винтовки СВТ40, не заметила, как к ней со спины подобрался неприметный один сельский паренек, одетый в холщовые сельские порты, штанины которых были заправлены в сапоги с голенищами по голень, на нем также была домотканая косоворотка. Фролов хорошо видел, как этот парень вначале приник к спине девчонки снайперши, словно ее хотел обнять, уберечь от вражеской пули. А затем он штык-нож от своего немецкого карабина Маузер дважды погрузил девчонке под лопатку! Она снова застонала от дикой сердечной боли, и тут же мгновенно умерла. Фролов успел заметить, как гримаса сожаления о содеянном, коснулась лица этого парня убийцы, но эта гримаса тут же бесследно пропала. По всей очевидности, подумал Иван, что убивать девчонок, женщин даже этому немецкому пареньку было не с под руки, да и жалко, но, как говорится, война есть война, не убьешь ты, убьют тебя!
Времени в распоряжении Ивана оставалось все меньше и меньше! Он снова прильнул к прицелу своей винтовки, собираясь обстрелять четверку немецких автоматчиков, которые стали наиболее опасной силой на поле боя. Если им удастся выполнить порученную работу, расчистить дорогу от лошади и подводы, то их товарищам, возможно, смогут вырваться из засады на свободу, даже не смотря на то, что к этому времени вражеская группа потерял две трети своих бойцов!
Первым же выстрелом Фролов попал прямо в сердце одного из автоматчиков, который огнем из своего автомата прикрывал продвижение по полю боя трех своих камрадов. Затем он прямым попаданием в глаз убил второго автоматчика, который полз в одном ряду с двумя своими камрадами. Сдернув чеку с гранаты, Иван Фролов приподнялся на руках, гранату швырнул в сторону двух оставшихся в живых автоматчиков. Взрыв гранаты приподнял в воздух тело еще одного немецкого автоматчика, а вот четвертый диверсант как-то извернулся и пропал из его поля зрения! Оставшимися двумя патронами в обойме винтовки, Иван решил прикончить паренька, который только что на его глазах зарезал девушку снайпера. Но тот уже лежал на спине, рядом с убитой же им снайпершой, широко раскрытыми глазами этот немец пытался что-то особенное рассмотреть в русских небесах.