Заглушив двигатель, Фролов еще раз осмотрел и руками проверил крепление своей котомки к заднему сидению мотоцикла. Поверх котомки лежал снаряженный и готовый к стрельбе «шмайсер», который можно было бы легко вытащить из-под веревки. Все было готово к отправлению в путь, но Фролов решил немного задержаться, продемонстрировать немцам, что их жизнь в эту войну не будет такой легкой, сладкой, как они могли ее себе представлять!
Свои первые пять выстрелов, целую винтовочную обойму, Иван отстрелял по колонне. Своими собственными глазами он видел, как одна из его пуль попала в шофера бензовоза, который выехал из общего строя и скатился вниз по насыпи дороги, но сам бензовоз так и не загорелся. После замены обоймы, Иван Фролов повел самый настоящий бой с немецкими мотоциклистами, которые рванули с дороги на его выстрелы. Один немецкий мотоцикл остановился на возвышенности, а его пулеметчик открыл по нему огонь. Не позволяя ему оторвать от земли свою голову. Другие мотоциклисты маневрировали, пытаясь на своих машинах, как можно ближе приблизиться к вражескому стрелку, чтобы взять его в плен!
Но в самый разгар перестрелки немцы вдруг выяснили, что вражеский стрелок оказался не так уж прост! Его огневая позиция находилась не на самой опушке леса, а метров на двадцать в его глубине. Такое расположение огневой позиции стрелка привело к тому, что Ивану Федорову удалось покончить с экипажами трех немецких мотоциклов, убить семерых немцев, прежде чем те сообразили, что, сидя на мотоциклах, они ничего не смогут с ним поделать. Подавить советского стрелка можно было или артиллерией, или немецким мотоциклистам следовало бы слезть со своих машин и атаковать его позицию в пешем строю.
В первый день войны с Советским Союзом немецкие солдаты были особо ретивыми, они были готовы пойти на многое, чтобы выиграть первый бой с советским снайпером. Так и эти немцы мотоциклисты. Заглушив двигатели своих мотоциклов, они спешились и разошлись в цепь, чтобы окружить и пленить этого русского стрелка. Иван же произвел еще два выстрела, один по немецкому солдату, отчего тот завалился на землю, а вторым патроном он пробил бензобак одного из мотоциклов, которых немцы собрали в общую кучу. Всплеск пламени охватил сразу несколько мотоциклов. Затем Иван неспешным шагом покинул свою огневую позицию, направляясь в глубь леса теперь уже к своему мотоциклу.
Вскоре на лесной дороге появился странный мотоциклист. Он был одет в одежду белорусского сельского паренька, но ехал на боевом немецком мотоцикле. Его скорость сначала была не очень высока, затем он слегка ее увеличил, чтобы, как можно быстро, затеряться в глубине этого лесного массива!
Иван Фролов притормозил на центральной площади Лиды! Эта площадь, разумеется, носила имя Владимира Ильича Ленина, великого пролетарского революционера! С громадным удивлением в глазах он наблюдал за тем, как по площади туда и сюда, особо не торопясь, снуют простые советские граждане, возвращающиеся домой с работы или наоборот, сейчас спешащие на работу. Фролов смотрел на этих советских людей и не понимал, почему на здании когда-то городской ратуши, а ныне на здании горисполкома города все еще колышется Красный флаг?!
Одним словом, сейчас произошло самое невероятное, Иван Фролов каким-то чудом перенесся из Белоруссии, охваченной огнем Великой Отечественной войны, в обыкновенный тихий советский городок, война которого пока еще не затронула. Повернув голову за спину, Фролов с недоумением в глазах посмотрел на немецкий пистолет-пулемет МП38, шпагатом привязанный к заднему сиденью его трофейного мотоцикла. Этот немецкий автомат он только что захватил в нечестном бою с двумя немецкими солдатами оккупантами. Он стоял чуть не по центру этой городской площади и не мог понять, как же такое могло бы случиться, что всего лишь час назад он убил двух немцев, двух немецких гренадеров. А потом вел перестрелку с гигантской колонной военной техники, с немецкими солдатами мотоциклистами. А сейчас он стоит на центральной площади Лиды, и вокруг себя не видит никаких признаков только что начавшейся войны. Иван почувствовал, что он начинает сходить с ума! Но в этот момент он все-таки замечает несколько городских зданий, разбомбленных до основания.
Советские милиционеры в синей форме, с наганами в кобурах, как ни в чем не бывало, расхаживали по этой старинной площади. Строго посматривая по сторонам.