— Откуда ты это можешь знать, Иван?
— Земля слухами полнится, Саня! Да и я тебя искал для того, чтобы поговорить о нашем дальнейшем сотрудничестве!
— Интересно ты, Иван, выражаешься. Типа хочешь «поговорить о сотрудничестве»?! Если собираешься поговорить со мной о нашем с тобой дружеском, личном сотрудничестве, то я, Александр Меца, блатной, готов с тобой пойти на любое дело, но при условии, если ты не будешь меня заставлять идти против своих мужиков и блатных! Если же ты хочешь, поговорить о сотрудничестве наших сообществ, то говорить по этому вопросу следует со смотрящим по городу, но он в город вернется только завтра. Наш друг Моня не захотел оставаться в Лиде, он Москву полюбил, там он решил стать положенцем! А знаешь, что, Иван, отпущу-ка я своих товарищей, а на твоем мотоцикле мы прокатимся по городу, посмотрим, как советский народ войну с германцами встречает! Что ты, дружище, сам думаешь по этому поводу?
Лида внешне выглядела спящим городком, хотя на ее улицах встречалось немало людей. Причем, эти провинциалы белорусы спешили по своим делам совершенно не так, как скажем, москвичи или жители других советских крупных городов. Городские улицы не были переполнены народом, встречались только отдельные пешеходы. Эти пешеходы опять-таки сохраняли внешнее спокойствие, провинциальную неторопливость! Они не бежали, скажем, сломя голову, локтями расталкивая других пешеходов. Правда, может быть, впервые жители белорусской Лиды сегодня старались ничего из своих дел не оставлять на завтра, старались все свои дела завершить сегодня. Все-таки началась война, которая пока еще их напрямую не затронула. Но многие люди уже поверили в то, что завтра может, никогда не наступить!
Да и сегодняшний воскресный день, первый день войны, многие из лидчан проработали совсем не так, как работали в другие воскресные дни этого года! Большинство горожан, как и в других городах советского Союза, отдыхали дома, убирались в домах, мыли, стирали, в общем, занимались домашними делами. Другие же, которым пришлось выйти на службу, сегодня старались, как можно быстрее завершить работу, вернуться домой.
Далеко за полночь Фролов с Мацем заехали на городской вокзал, чтобы в станционном буфете выпить хорошего пива и послушать, что люди говорят о первом дне войны.
Разговор у них самих пошел не торопливый, время от времени они прерывали его большими глотками хорошо сваренного пива. В какой-то момент вокруг них вдруг начала твориться непонятная суматоху. Сашка осмотрел станционный бар, кивком головы показал на большую группу людей, которая зашла в бар, видимо, из-за желания пропустить по сто граммов водки, и негромко произнес:
— Местное железнодорожное начальство. Я бы этих гадов всех бы к стенке поставил!
На вопросительный взгляд Ивана нехотя Мец пояснил:
— Сегодня из Москвы прибыл целый эшелон новеньких тяжелых танков «Климент Ворошилов 2». Так эти неучи один танк прямо с платформы уронили на пути. А танк настолько тяжелый, что его нечем поднять или подковырнуть, чтобы поставить на гусеницы. Вот они целый день пробегали, каждую минуту за советом перезванивая в Москву. Остальные танки стоят, по-прежнему, на платформе, их теперь боятся коснуться! А перевернутый танк и лежит на рельсах, его нечем поднять. Ты понимаешь, Ваня, этот танк такой большой и здоровый, он на поле боя этим немцам такого бы показал, что они от него улепетывали подобру душу, а он сейчас лежит себе на боку и никто с ним ничего не может сделать!
Парни почти уже собрались пойти к месту аварии, чтобы вместе со всеми принять участие в обсуждении инцидента, но в этот момент на вокзал приехало руководство местного отделения НКВД. Впереди группы шагал высокий человек пожилого возраста. Он шел, не смотря по сторонам, а его сопровождающие работники НКВД чуть ли не вприпрыжку бежали за ним.
— Капитан госбезопасности Аркадий Иванович Велихов, начальник местного отделения НКВД. Я бы сказал, что он самая большая сволочь, а не человек. За решетку и надолго может бросить любого человека, который покурил не в том, по его мнению, месте.
Санька Мец начал перечислять фамилии сотрудников НКВД, давая краткую характеристику и способностям и поведению. Вторым, вслед за капитаном Велиховым, шел пожилой человек в гражданском костюме.
— А это заместитель начальника местного отделения НКВД, тоже капитан Иван Анатольевич Козлов. Добрейший человек, совершеннейший антипод своего начальника. Но уж слишком много времени он болеет! Иногда по месяцам не выходит на работу. Но никогда не отказывает в помощи, если его попросить, то практически всегда идет на помощь. Не бесплатно, разумеется, когда речь заходит о таких, как мы с тобой, парнях! Ребята, сотрудники НКВД, которые шагают вслед за своим начальством, не имеют собственного мнения. Они выполняют толь то, что им приказывают!