Гражданка Осадчая, бросив на незваных гостей опасливый взгляд, замерла в полупозиции. Спирин опустил оружие, медленно, плавно, готовый в любую секунду вернуть её на прицел. Настя, поняв, что прямо сейчас опасность ей не грозит, повернулась обратно к Витяю.
- Как хорошо, что вы приехали, - обрадовалась она. – Ему плохо, он упал в обморок. Но жив. Помогите пожалуйста поднять его на диван. Мне кажется, у него крайняя степень измождения.
Спирин со всей пристальностью, на которую был способен, вглядывался в глаза Осадчей, пытаясь найти в ней хотя бы ноту неискренности и фальши. Увидеть, что она лжёт, играет с ними, но её лицо, хоть и бледное, осунувшееся и сильно изнурённое, было искренним и… красивым?
Уставшие глаза смотрели ясно. Спирин прекрасно понял, почему в неё так легко влюбляются. И сам глупо улыбнулся вместо того, чтоб продолжать давить, но тут же взял себя в руки.
- Старший следователь Краснодарской краевой прокуратуры Спирин. Помните меня?
От него бы не ускользнула попытка лжи, но реакция была искренней.
- Боюсь, что нет. А мы встречались?
- Может и встречались, - буркнул он. – Разберёмся позже.
Он махнул рукой оперу, и Серёжа зашел внутрь.
- Здрасьте, - не менее глупо улыбнулся он Насте и недоверчиво посмотрел на Спирина – мол, это и есть ваш опасный асоциальный элемент?
- Помоги поднять на диван, - указал следак на тело Витяя. – И осторожнее, он много пережил, могут быть внутренние повреждения. – Затем опять обратился к Насте. – Давно это было?
Настя смутилась. Она не знала, в курсе ли всех происходивших странностей этот человек. По его лицу поняла, что каких-то - точно в курсе, тем более сказал, что знакомы. К тому же следователь, ему врать было незачем.
- Когда я пришла в себя… минут десять-пятнадцать назад, он был ещё в сознании, рассказывал мне странные вещи…
Спирин остановил её жестом.
- Сейчас уложим больного и расскажете.
Опер как раз заканчивал с Витяем, аккуратно подложил под его голову подушку и уставился в ожидании дальнейших распоряжений.
- Вот что, Серёжа. На, держи ствол, - Спирин протянул ему пистолет. – И делай, что умеешь лучше всего. Будь снаружи и наблюдай за окрестностями. Увидишь что странное, сразу дай знать. Если кто подъезжает, или пешим – заметишь издалека, не пропустишь. Ну, давай.
Опер бросил недоверчивый взгляд на Спирина, потом на Настю, но взял оружие и вышел.
Спирин направился к дивану, чуть не оступился и не шлёпнулся на пол. Настя вовремя подхватила его под руку, такая мягкая и приятная. И желанная… Спирин скривился, гоня вредные мысли прочь. Настя помогла ему сесть на край дивана. Её кожа была нежной и очень приятной наощупь. Но в каждом её движении было какое-то целомудрие что ли? Совсем иначе вела себя в её теле тогда непрошенная гостья. Спирин понимал, что всё это чушь и абсурд, но глаза говорили об обратном, и чутьё в этот раз тоже было не на стороне логики. Одна и та же, но совсем другая.
- Можете говорить, как есть, - напустил суровый вид он.
Настя потупилась, подбирая слова, и наконец произнесла:
- Хорошо, я всё расскажу, хотя, как выяснилось, я знаю очень мало. Он, - Настя указала на бессознательного Витяя, - очевидно знает больше. В любом случае, от органов правопорядка у меня тайн нет.
- Ну-ну, - перебил её Спирин, - не торопитесь про все органы. Пока лично от меня.
- А есть разница? – удивилась Настя.
- Может статься, что есть. Итак, где вы были всю последнюю неделю?
- Я примерно догадываюсь, что вы хотите знать, но понятия не имею, сколько прошло времени, и что считать неделей. Давайте, просто расскажу, что помню. Мы были на раскопках, в могильнике что-то сверкнуло – монета. Я залезла глянуть, трогать не собиралась, но как будто сошла с ума, рука сама потянулась, и я… очнулась здесь, нагой, в одной простыни. Вот здесь, где ваш костыль, сидел связанный оператор, Андрей, по-моему. Весь в крови. Я его развязала, а он ругался на меня, чуть драться не полез, а потом я опять очнулась. Вот сейчас, сегодня. И этот мужчина, вы сказали, его зовут Виктор, привёл меня в чувство, и наговорил всякого, что в меня вселилось что-то, а он из будущего, и всем грозит опасность, но самое важное… Он не сказал, не успел – отключился. Я попыталась привести его в чувство, и тут появились вы.