- Мне из-за костра ничего не видно, - сказал Котёночкин.
Андрюша и Семён Ильич промолчали, а дед Пономарь уже храпел.
- А давайте посмотрим! – сказала Настя, и прежде, чем профессор успел хоть что-то сказать, поднялась и направилась к яме.
- Я вам запрещаю до утра приближаться к могильникам! – заголосил пришедший в себя Вайцеховский. – Вы слышите?
Настя определённо слышала, но уже спускалась в яму.
- Она светится! – сказала девушка оттуда, - слабым сиянием. Вы только гляньте!
Мужчины встали со своих мест и направились к яме.
Настя осторожно коснулась монеты.
- Ай! – вскрикнула она. – Горячо.
Отдёрнув руку, Анастасия Романовна, порезалась о кость. Капелька крови упала на желтый кругляш. Настя машинально сунула палец в рот, пытаясь остановить кровь.
- Не несите чепухи! – возмутился подошедший профессор. – Как монета может быть горячей?
Настя невинно смотрела на него, сося палец. Ей не хватало только сказать «агу».
- Вы что же, порезались? А техника безопасности? А бактерии, грибок, заразы? Вы в курсе, что можно подхватить в захоронениях? Нет, я буду ходатайствовать о вашем переводе в архивный отдел.
- Аркадий Евграфович! – взмолилась Настя.
- Анастасия Романовна! – суровым тоном ответил Вайцеховский. – Вы – взрослая женщина…
- Девушка, - поправила его Настя.
- Вы… взрослый человек! – продолжил профессор, - а ведёте себя, как девочка. Это что на монете? Ваша кровь? Вы в своём уме? А экспертиза? А химические процессы? Вы случайно не дура?!
Надо отдать должное профессору, он прекрасно умел заводить сам себя и выстраивать логические цепочки неимоверной сложности.
- А это не ваше дело! – огрызнулась Настя. Она впервые позволила себе такую реакцию, оттого для окружающих это стало не меньшим удивлением, чем для профессора.
- Поговорим с вами утром! – сурово сказал он. – А теперь расходимся, представление окончено. Все по домам. Я буду спать здесь, прямо у захоронения, иначе до утра ничего из находок не доживёт. Знаю я ваши колхозные нравы! Панас Дмитриевич, помогите передислоцировать палатку ближе к захоронениям.
Пока председатель и киношники со Шпалой перемещали палатку, Иван помог Насте обработать порез. Её рука была такой приятной наощупь, мягкой и бархатистой, совсем не похожей на руку девушки, работающей с инструментом и землёй. Такой, которую хотелось держать в своих руках, не выпуская.
- Вас подвезти? – спросил у Насти подошедший Андрюша. – Вы где остановились? В гостинице?
- Нет, спасибо, - улыбнулась Настя. – Мне есть где остановиться.
Разочарованный оператор поплёлся к «козлику». Семён Ильич что-то сказал ему, но Андрюша, кажется, даже не понял.
- А ты всё так же сводишь мужчин с ума, - заметил Иван, и Настя с деланным удивлением посмотрела на него, распахнув глаза. – Не боишься ехать на тракторе?
- С тобой нет, - просто ответила она.
- Ну, да, я тоже не боюсь ехать на тракторе, но это ведь мало кого волнует, да? – поинтересовался Витяй, больше для проформы. Он решил, что останется спать здесь, потому что, как бы ему не хотелось узнать, приключится ли что-то волшебное, но совершенно асоциальное, между дедом и его школьной любовью, он понимал, что когда доберётся до хутора, эти двое будут уже дрыхнуть, даже если проведут эту ночь в одной постели.
Глава 11
Усталое светило тонуло на краю степи, грозя уронить на мир сумерки.
Ночью хищники смелее и яростнее, оттого отряд Майи всегда ставил повозки в круг. Так лошадям спокойнее, да и людям тоже. Её отряд состоял исключительно из амазонок, поэтому работа не делилась на мужскую и женскую. Одни разводили костры, другие ухаживали за животными, третьи готовились к ночной страже. Запах жареного мяса наполнил стан и окрестности.
Непрошенных гостей услышали издалека. Те не прятались и не скрывались – шли галопом, поднимая пыль и распугивая живность, оставляя столб пыли, видимый даже в сумеречной степи. Отряд остановился на ночлег на плато, и вся низина, насколько хватало глаз, была как на ладони.
Майя насчитала не меньше сорока всадников. Все амазонки взяли в руки оружие, молча, укрывшись за повозками от шальной стрелы, готовые встречать гостей. В каждой из них Майя была уверена.
Когда через четверть часа всадники добрались до стана, Майя встретила их лично.
- Мир вам! - Сказал предводитель, показавшись в свете костра и спешившись в знак добрых намерений.
- Тогда наш огонь – ваш огонь, - сказала Майя. – Но вот ужин, я надеюсь, вы привезли с собой, потому что мы не ждали гостей.