— Не он один.
— Осторожно.
Собака приближалась.
Я плакал и пытался вырваться.
Седой подтолкнул меня поближе.
Собака была в полуметре от меня.
Я видел ее десны, ее зубы, чувствовал запах из ее пасти, чувствовал ее дыхание.
Собака рычала, лаяла и рвалась с поводка.
Я обделался.
Слюна с ее десен упала мне на лицо.
Все почернело.
— Скажите мне, что я сделал?
— Еще раз.
Собака была в нескольких сантиметрах от меня. Я закрыл глаза.
— Скажите мне, что я сделал?
— Еще раз.
— Скажите мне, что я сделал?
— Молодец, хороший мальчик.
Все почернело, и собака исчезла.
Я открыл глаза.
Старший полицейский инспектор Ноубл сидел за столом напротив меня.
Я был голый и дрожал, сидя в своем собственном дерьме.
Старший полицейский инспектор Ноубл закурил. Меня передернуло.
— Почему?
Глаза мои наполнились слезами.
— Почему ты это сделал?
— Простите.
— Вот это уже хорошо.
Старший полицейский инспектор Ноубл дал мне свою сигарету.
Я взял.
Он прикурил еще одну.
— Просто расскажи мне почему.
— Я не знаю.
— Тебе помочь?
— Да.
— Что — да?
— Да, сэр.
— Она ведь тебе нравилась?
— Да, сэр.
— Очень нравилась?
— Да, сэр.
— Но она тебе не давала, так?
— Нет, сэр.
— Совсем не давала?
— Ни разу не давала, сэр.
— Она тебя не хотела?
— Нет, сэр.
— Но ты ведь все равно ее взял?
— Да, сэр.
— Что ты взял?
— Я взял ее, сэр.
— Отымел ее в …зду, так?
— Да, сэр.
— Отымел ее в рот, так?
— Да, сэр.
— Отымел ее в зад, так?
— Да, сэр.
— Так что ты сделал?
— Отымел ее в …зду.
— И?
— Отымел ее в рот.
— Дальше.
— Отымел ее в зад.
— Тебе же было наплевать, правда?
— Да, сэр.
— Но она все никак не могла заткнуться, да?
— Да, сэр.
— И что тогда?
— Она никак не могла заткнуться.
— Говорила, что заявит в полицию, так?
— Да, сэр.
— Что она говорила?
— Говорила, что заявит в полицию.
— Но нам-то это было ни к чему, правда?
— Да, сэр.
— Значит, тебе надо было ее заткнуть, да?
— Да, сэр.
— Ты ведь задушил ее, так?
— Да, сэр.
— Что ты сделал?
— Я задушил ее.
— Но она все смотрела на тебя, да?
— Да, сэр.
— И ты отрезал ей волосы, так?
— Да, сэр.
— Что ты сделал?
— Я отрезал ей волосы.
Старший полицейский инспектор Ноубл отобрал меня сигарету.
— Потому что она смотрела на тебя, так?
— Да, сэр.
— Так что ты сделал?
— Я отрезал ей волосы.
— Почему?
— Потому что она смотрела на меня.
— Молодец.
Старший полицейский инспектор Ноубл затушил сигарету об пол.
Он прикурил еще одну и протянул ее мне.
Я взял.
— Она тебе нравилась?
— Да, сэр.
— Но она тебе не давала, так?
— Нет, сэр.
— И что ты сделал?
— Я все равно взял ее.
— Что ты сделал?
— Отымел ее в …зду.
— И?
— Отымел ее в рот.
— Дальше.
— Отымел ее в зад.
— И что потом?
— Она все никак не могла заткнуться.
— Что она говорила?
— Говорила, что заявит в полицию.
— Что ты сделал?
— Я задушил ее.
— Потом что ты сделал?
— Я отрезал ей волосы.
— Почему?
— Потому что она смотрела на меня.
— Прямо как та, другая, да?
— Да, сэр.
— Как кто?
— Как та, другая.
— Ты ведь хочешь сделать признание, правда?
— Да, сэр.
— Что ты хочешь сделать?
— Я хочу сделать признание.
— Молодец.
Старший полицейский инспектор Ноубл встал.
Потом он оставил меня одного.
Некоторое время спустя полицейский открыл дверь и повел меня по желтому коридору в комнату, где был туалет и душ.
Полицейский дал мне мыло и включил горячую воду.
Я стоял под теплым душем и тщательно мылся.
Потом у меня снова потекло по ногам дерьмо.
Полицейский ничего не сказал.
Он дал мне еще один кусок мыла и снова включил горячую воду.
Я встал под душ и вымылся еще раз.
Полицейский дал мне полотенце.
Я вытерся.
Затем полицейский дал мне голубой комбинезон.
Я надел его.
Затем полицейский повел меня по желтому коридору обратно в комнату для допросов, шесть на десять, где стояли четыре стула и стол.
— Садись.